Метамодерн - пост-постмодерн или неокласицизм?

Аватар пользователя Андреев
Систематизация и связи
История философии

Давайте попробуем обсудить новое движение в общечеловеческом мышлении:

Метамодерн — новый способ смотреть на мир

Если вы ещё не заметили, эпоха постмодерна закончилась: постмодернисты не могут больше сказать ничего нового о нас самих и мире, в котором мы живём. На смену приходит метамодерн, который поможет если не осмыслить происходящие перемены, то хотя бы со многим смириться.

Метамодернизм — одна из существующих на сегодня попыток определить актуальную культурную реальность. Термин был предложен в 2010 году двумя голландскими философами-теоретиками Тимотеусом Вермюленом и Робином ван ден Аккером.

Метамодерн двигается благодаря раскачиванию между противоположностями (осцилляции). Он не занимает определённую позицию. Он воспринимает мир и культуру как один общий поток смыслов, которые есть части общей истины, где каждая единица важна и самодостаточна.

Метамодерн — это то состояние, когда вы можете испытывать честное удовольствие от всего. Вы можете читать Достоевского и всерьёз слушать Киркорова, любить сагу «Сумерки» и музыку Чайковского. Вы всё это любите не только честно, но и с иронией. Благодаря этому новому чувству, мы можем не зацикливаться на больших метанарративах, а искать собственную цель. Таким образом, раскачивание между модернистской серьёзностью и постмодернистской иронией поднимает метамодерн над ними. 

Метамодерн стремится найти смысл культуры и искусства, наделить произведения глубиной. Но это глубина иного порядка, чем в постмодерне. Искусство метамодерна стремится к многомерности.

Метамодернизм предлагает взять цель, нечто лежащее за системами и религиями, как константу, способ достижения которой человек должен найти самостоятельно. Это и есть принцип индивидуальности, духовный аристократизм, творческая мораль как индивидуальное откровение.

Гегель придумал (и описал) всё, что только можно. В своё время Карл Маркс хотел описать и осознать мир лучше Гегеля, но у него не получилось. Теперь же метамодерн возвращает людей к общему потоку гуманитарного знания, где важно всё.

С точки зрения идеологов метамодерна, мы вступаем в новую эпоху, где новый способ смотреть на культуру призван вытащить общество из модернистских и постмодернистских тупиков. Радикальные идеи модерна могут быть скомпенсированы постмодернистским отрицанием и сомнением. Метамодерн — это неуловимая истина где-то посередине.

Метамодерн воплощает в себе человеческий дуализм и непостоянство — «социацию», о которой ещё говорил социолог Георг Зиммель. Социация — это то, что объясняет суть человеческого.

По мнению Зиммеля, человек подобен маятнику, который постоянно мечется между двумя крайностями, стремясь к балансу, но так никогда его не находя. Этим Зиммель объясняет непостоянство человеческой природы. Следовательно, ни один из нас не может быть категорично объяснён, ибо мы постоянно находимся в движении.

Таким образом, метамодерн не предлагает нам готовую идею или концепцию, а предлагает найти её самостоятельно, используя «осциллирующее движение».

Восприятие мира через структуру чувства метамодерна поможет уйти от идеологической зависимости. Метамодерн — это способ стать личностью. Но, в отличие от ничего не значащего субъекта постмодерна, метамодернистская личность составляет часть общей истиныВ метамодерне людям открывается полнота культуры, потому что можно без иронии и невежества воспринимать всю музыку, литературу, игры и фильмы.

***

(Текст сокращен очень оценочно мною - :)) Для желающих познакомиться с первоисточником ссылка в названии, а для тех, кто хочет узнать метамодерн по-лучше - ссылка на сайт русских метамодернистов)

 

0
Ваша оценка: Нет

Комментарии

Аватар пользователя Андреев

Итак, суммируя свое понимание: 

Метамодерн - попытка избавиться от агрессивности модерна и шизофрении постмодерна. Но поскольку возращение в светлое прошлое невозможно, немыслимо, то предлагается исцеление от шизофрении и агресии путем агрессивной шизофрении:

1) "Давайте любить ВСЁ". Это как: попсу и классику, мудрость и безумие, самопожертвование и человеконенавистничество, гениальность и примитивную пошлость?

2) "Давайте будем искренними и ироничными" Типа: искренно ироничными и иронично искренними? Как вы себе представляете искренне ироничного человека, погружающегося с наслаждением в глубины Баха, Платона или Евангелия? А вы уверены, что его в таком "облачении" допустят на царский духовный пир?

...Вот ведь, хотел написать похвалу, а получилось наоборот. Наверное, так быстро в меня вошла метамодернистская дуальность :))

А как вам все это кажется?

Аватар пользователя kto

Как вы себе представляете искренне ироничного человека, погружающегося с наслаждением в глубины Баха, Платона или Евангелия? А вы уверены, что его в таком "облачении" допустят на царский духовный пир?

зачем мне ваш царский духовный пир, когда я уже могу себе устроить пир лучше царского.

Человек уже доститочно владеет миром чтобы устраивать себе пир.

Аватар пользователя Андреев

я уже могу себе устроить... 

Человек уже достаточно владеет миром... 

Да вы батенька, замшелый ортодоксальный модернист :) Это они заявили, что могут с помощью знанию покорить и природу и небо и построить себе рай на земле. Не вышло-с, однако :)) Но их сменили постмодернисты, а нынче вообще речь о МЕТА-модерне. Так что отстали вы немного от жизни ...

Аватар пользователя эфромсо

суммируя свое понимание

- получаем сумбурвместомузыки ...

Ваши "метамодернисты"  чо-то лепечут  про "способ стать личностью" - по всей видимости подразумевая образ  универсального потребителя продуктов тех или иных технологий, но вряд ли они заморачиваются тем, что личность творческая - не обязана быть идеальным пользователем, потому как она самореализуется не в соперничестве с себеподобными, а в отрицании самоё себя...

Аватар пользователя Андреев

эфромсо, 20 Июль, 2018 - 13:49, ссылка

"способ стать личностью" - по всей видимости подразумевая образ  универсального потребителя продуктов

Ну как бы, да - потребителя не только материи, но  духа, но при этом не только одного духа, но и материи тож.

вряд ли они заморачиваются тем, что личность творческая - не обязана быть идеальным пользователем, потому как она самореализуется не в соперничестве с себеподобными, а в отрицании самоё себя...

Ну тут уж или самоотрицание или самореализация. Может личность отрицает не себя, а свое ложное 'я'? А этим как раз метамодернисты очень даже озабочены. Они только не верят, что можно этого достичь путем построения теорий, или инструкций. Их метод - "осцилляция между противоположностями", которые не отбрасываются по одиночке, а сохраняются в равновесии, пока раздваивающийся рассудок не освободит место цельному разуму ("цельномудрию-софросин"). Личность при этом, конечно, изменяется, но не отрицает себя, а наоборот приходит в себя.

Аватар пользователя сиспилакопа

Андреев, 20 Июль, 2018 - 08:49, ссылка

Итак, суммируя свое понимание: 

Метамодерн - попытка избавиться от агрессивности модерна и шизофрении постмодерна. Но поскольку возращение в светлое прошлое невозможно, немыслимо, то предлагается исцеление от шизофрении и агресии путем агрессивной шизофрении:

Если ваша оценка верна, то могу пройти мимо "мета", поскольку "пост" - тоже как-то прошёл мимо меня. )) Наверное, я  всё еще в модерне? А может всё-таки и в "мета" - только не понимал ещё этого: Киркорова не слушаю)), но осцилляция, как пребывание "между" различными "между" - и мне свойственна.))

Вообще-то, к метамодерну можно отнести большинство человеческих достижений, как следствию осциляции, подмеченной метамодерном. Осцилляция в таком случае как метод провозглашается метамодернистами. А сам метамодерн как своеобразный манифест.

Аватар пользователя boldachev

Как технологическая и экономические сингулярности означают не катастрофу, а лишь исчерпание некоторых форм организации социума, так и культурная сингулярность  означает не гибель культуры, не финал эстетического отношения людей к жизни, а лишь изменение формы последнего. Из самого логического посыла, приведшего нас к разговору о культурной сингулярности, следует, что основной чертой постсингулярной культуры должен стать переход от тотального приоритета последовательно сменяющих друг друга художественных стилей к параллельному, одновременному существованию всего возможного разнообразия культурных форм, к свободе индивидуального творчества и индивидуального потребления продуктов этого творчества. Завершение чередования стилей и направлений не означает остановки эволюции культуры, просто после прохождения точки сингулярности новации в формах будут появляться не последовательно, а в  едином потоке, не вытесняя, не сменяя друг друга.

Постсингулярные черты уже можно проследить в истории культуры XX века. Ни в музыке, ни в живописи, ни в архитектуре мы не можем выделить ни одного единовластно довлеющего стиля, подчиняющего значительные социальные группы. Анализируя же последние десятилетия, прошедшие после завершения эпохи соцреализма, мы уже однозначно можем утверждать, что в европейской цивилизации принципиально не осталось приоритетных культурных стилей. А если и существуют какие-то яркие устойчивые направления, то они в большой степени замешаны на протесте и эпатаже.

Александр Болдачев. Финита ля история: Культурная сингулярность, 2008

Аватар пользователя Андреев

boldachev, 20 Июль, 2018 - 12:31, ссылка

культурная сингулярность  означает не гибель культуры, не финал эстетического отношения людей к жизни, а лишь изменение формы последнего...

Как это у апостола Павла: "Не все умрем, о все изменимся". Я только что выше сказал примерно то же самое.

основной чертой постсингулярной культуры должен стать переход от тотального приоритета последовательно сменяющих друг друга художественных стилей к параллельному, одновременному существованию всего возможного разнообразия культурных форм, к свободе индивидуального творчества и индивидуального потребления продуктов этого творчества...

Освобождение человечества от седел и уздечек массовой культуры: "Ох, как я скакал бы в табуне, но не под седлом и без узды!"  

Аватар пользователя boldachev

Вы лучше полный текст прочитайте... А потом скачите)

Аватар пользователя Андреев

Александр Болдачев. Финита ля история: Культурная сингулярность, 2008

Возникает вопрос — куда же движется философия? Должна ли (и может ли) быть построена некая единая теоретическая система, отражающая такое вот интегральное понимание (мировоззрение). С учетом безусловной ограниченности формальных систем следует сделать вывод, что такое понимание может быть зафиксировано лишь во множестве теорий, перекрывающих весь спектр проблем и взглядов. И это не умозрительные рассуждения, а эмпирический факт:  все это многообразие теорий перед нами. Для  понимания идей Гегеля, Делеза, Кастанеды и прочих нет необходимости их скрещивать в одной теории — достаточно почитать и того, и другого, и третьего, и всех прочих отдельно. И таким образом расширить свое понимание Мира.

То есть, по сути, происходит отказ от  теории как основного носителя философских знаний, и на первый план выступает общее (интегральное)понимание философских проблем со всей взаимообусловленностью и противоречивостью подходов и точек зрения, несводимых к одной формальной системе. Роль же отдельных систем сводится к фиксации и трансляции точек зрения. Они (системы) занимают подобающее им место средств, инструментов познания, а не конечных целей познавательного процесса.

И такое интегральное понимание Мира мы уже сейчас наблюдаем у большого количества образованных людей, не причисляющих себя ни к одному из однозначно выделенных философских направлений прошлого и настоящего. Их мировоззренческие суждения зачастую оригинальны и не сводятся к выдержкам из известных теоретических систем. Наиболее точно и полно такое понимание действительности, основанное на знакомстве с многими, порой взаимоисключающими научными, философскими, религиозными направлениями, можно назвать постнаучным здравым смыслом или постсингулярным мировоззрением.

Интересно, что ваш тезис вызывает одновременно согласие и несогласие (как и положено в метамодерне). Интегральное понимание не может быть просто эклектикой всего и вся. Но если это не эклектика, то должна быть единая идея, некая связующая нить, а как у вас с этим?

Аватар пользователя Андреев

Холархический взгляд на аутопоэзис

Как метамодернисты мы видим ценность в попытке смотреть на мир как на целое, взаимосвязанное пространство. Холистический взгляд метамодернизма (целое – это нечто большее, чем сумма его частей) указывает на новый синтез: где модернизм был онтологически иерархичен, постмодернизм шел против, провозглашая безоговорочную анархию. Подход метамодернизма можно причислить к холархическим, указывающим на наличие структуры там, где все кажется хаотичным. Хаотичность структурирована по линиям сложности; мы видим структуры, которые остаются частями целого и при этом сохраняют автономию.

Метамодернизм не объясняет творение словом «упс» – херня просто так не происходит. Трактовки метамодернизма выходят за рамки как постмодернистской случайности, так и модернистской механистичности и нетеологического взгляда на вещи. Модель толкования метамодернизма можно описать как «аутопоэзис» или, говоря проще, как «самоорганизацию».

Все происходит по неизменным причинам, а не из-за какого-то трансцендентального дуализма, присутствующего в модернизме и западном премодернизме. Но данная неизменность одновременно произвольна и структурирована. Эволюция природы, человеческого общества, психологии имеет направление, направленность. Метамодернисты  нащупывают и исследуют направленности растущей сверхсложной, самосознающей и самоорганизующейся, взаимосвязанной реальности. Мы, таким образом, изучаем себя, потому что знаем, что отображаем эту самую реальность.

В сверхсложном сердце бытия лежит система, которая проявляется через человеческих существ, их деятельность, развитие и культуру.

Благодаря длительному процессу дифференциации, современная наука (модернизм) частично преуспела – мир разделился на малые, наиболее простые для понимания части. Постмодернизм продолжил развивать эту идею: язык, наука и логика в большей степени стали предметами исследования и критического анализа. В постмодернизме дифференциация стала более заметной. Постмодернизм стремился разорвать в клочья предполагаемого, логически последовательного нейтрального наблюдателя, и тем самым разрезать реальность на еще более тонкие кусочки. Но как общество, культурное и философское сообщество, мы зашли в тупик. Если мы хотим выйти за пределы этого тупика, если действительно хотим развивать новую парадигму, то нам нужно разрабатывать новый метанарратив.

Таким нарративом может быть только протосинтез. Мы соединяем все, что знаем и создаем историю. Но мы знаем, что это всего лишь история. Однако, предпочитаем ее наличие, а не отсутствие. 

Первая особенность метамодернистского  мышления – это умение результативно трактовать парадокс. Протосинтез – первый парадокс, который предстоит разъяснить.

Аватар пользователя boldachev

Холархический взгляд на аутопоэзис

Дальше можно не читать - профанация в самом заголовке))

Аватар пользователя Геннадий Макеев

...Копьём пронзивши постмодерн,
Прикрыв себя приставкой Мета,
Куда-то движется модерн
Как потерявши путь комета,
Что тащит всё, как хвост, с собой
В дыру, что грезит чернотой...

...А в стороне, чернее черноты,
Мерцает свет надежды и мечты...

...

Аватар пользователя Андреев

 профанация в самом заголовке 

А развернуть и аргументировать свой тезис сможете? Или вы как англичане и американцы - без лишних аргументов, просто раз "мы так сказали, то любая альтернатива - "наивность и абсурд"? :)

Аватар пользователя boldachev

Когда человек хочет высказать значимую мысль и хочет, чтобы его поняли, он старается использовать однозначные и точные термины. Когда я читаю "холархический взгляд на аутопоэзис" причем однозначно понимаю, что речь идет не про системный анализ (в котором уместен термин "холон"), и не про теорию эволюции (где с натугой можно порассуждать про аутопоэзис), а вижу общие рассуждения о науке и культуре, то вывод один - профанация.

Причем в самом тексте нет ни намека на холаристический подход)

Подход метамодернизма можно причислить к холархическим, указывающим на наличие структуры там, где все кажется хаотичным.

Холаристическое описание совсем не про это - не про структуры и хаотичность. Как и аутопоэзис не про самоорганизацию ("Модель толкования метамодернизма можно описать как «аутопоэзис» или, говоря проще, как «самоорганизацию»"), а гораздо уже.

То есть имеем дело с обычной ситуацией: когда сказать нечего надо использовать заумные слова.

Аватар пользователя Андреев

Спасибо, что развернули свою мысль. Возможно, если смотреть только на предоставленный текст, вы и правы. Авторы выражают свою мысль очень сжато, концептивно. Что у них находится ЗА этим концептом - надо понять. 

Я вижу совпадение с моими понятиями почти дословное, поэтому хочу понять их глубже. Но ваш негативизм по-моему преждевременен. Ведь вы тоже не знаете, что у них стоит за "голым" концептом, лозунгом, "заумным словосочетанием". 

Аватар пользователя boldachev

Тут ответ простой: когда у человека есть что сказать, это видно даже по короткому тексту и он не позволяет себе просто играть в слова.

Скорее всего, этот текст писал кто-то один из команды, выражая свое собственное понимание, точнее, непонимание)

Аватар пользователя Спокус Халепний

Тут ответ простой: когда у человека есть что сказать, это видно даже по короткому тексту и он не позволяет себе просто играть в слова.

Тут именно тот случай, когда простым ответом не отделаться. Я уже больше двадцати лет наблюдаю за подобными проявлениями. Мои "научные" наблюдения не стоят и выеденного яйца (в смысле научности). Никакой статистики я не собираю. Просто наблюдаю и обдумываю иногда эти наблюдения в течении, аж, 5-10 минут. Так вот, по моим итоговым ощущениям в большинстве случаев использования подобных "терминов", это связано с чисто психологическим типом самого корреспондента, который (тип) практически не зависит от его умственных способностей, образования, начитанности и пр.

Ну, например, знаменитый учёный может быть холериком или меланхоликом. Нормально. Так вот, похоже, что человек может находиться (не ощущая этого) в плену у слова, на него слова действуют магически, но он и не подозревает об этом, он не задумывается насчёт этого. Причём, это проявляется и при чтении, и при написании. Нагромождение специфической неоднозначной лексики, по каждому элементу которой можно писать отдельную научную работу, таких людей не только не смущает, но и... воодушевляет. Утрировано - это их смысл жизни. :)

Противоположный лагерь (с обеднённым терминологическим запасом), куда я отношу и себя, страдает другой крайностью. Прочитав этот шедевральный заголовок (Холархический взгляд на аутопоэзис) я сразу же сканирую глазами первый абзац текста, чтобы убедиться не фельетон ли это? И если понимаю, что всё на полном серьёзе, то прекращаю чтение. То есть, проделываю операцию прямо противоположную человеку из группы "магическое слово" (его-то, как раз, если прервать на этом месте, то можно и по морде схлопотать!). Существенная разница между нами состоит в том, что он продолжает чтение, не задумываясь над тем - почему он это делает (ему приятно быть в плену у слова), а я точно знаю почему: тот, кто это писал, не заботился о таком складе людей, как я. Этим писателям на меня глубоко плевать! Так почему же, - думаю я, - мне надо им всячески угождать, вникая в "волшебство их слов", если им начхать на меня? То есть, я ухожу от чтения с мыслью - не по Сеньке шапка.

Легко заметить, что даже на ФШ есть много представителей обоих направлений. Андреев - яркий любитель "терминологических золотых россыпей". Ну, убейте его за это!

 

Аватар пользователя boldachev

Понятно. На каждого читателя найдется свой писатель. Или они пишут, потому, что их читают. Ну или вообще - есть такой психотип.

Вопрос только про умственные способности. Конечно, я не стану утверждать, что люди пишущие и с восторгом читающие тексты густо приправленные магическими словами обделены умом, но я уверен в том, в таких текстах бессмысленно искать "умную мысль". Хотя стоит признать, что они пишутся и читаются не умом и не для ума.

Аватар пользователя Спокус Халепний

Вообще-то, группа "магия слова" (или лучше - "в плену у слова") намного интереснее, чем кажется на первый взгляд рядовому члену группы "не по Сеньке шапка". Дело в том, что они внутри своего сообщества вполне понимают друг друга - возражения обычно возникают не в связи с нанизыванием термина на термин и термином погоняемым, а "по сути" сказанного, то есть, ответ оппоненту состоит в том, что тот взамен получает сходный шампур с нанизанным на него обжаренной терминологией - ешь не хочу!

И вот тут-то у меня (у Сеньки без шапки) к охлаждённой голове добавляется ещё и чувство неполноценности: девушки уже в волейбол играют, а я до сих пор не могу увязать вместе два-три магических слова в предложениях элитной группы, где этими словами оперерируют напрополую.

И самое интересное, что им не только не мешает общаться неоднозначная (с сенькиной точки зрения) терминология, но и наоборот - отсутствие таковой начинает их угнетать. Примерно так, как если бы утром нечем было опохмелиться.

Аватар пользователя boldachev

Дело в том, что они внутри своего сообщества вполне понимают друг друга

Да-да. Меня всегда удивляло, что внутри себя они прямо-таки общаются: на вопросы, заданные на птичьем языке,  отвечают на таком же птичьем. И "диалог" может длиться долго-долго. 

Но поскольку язык птичий, то это не диалог. Для каждой стороны - это разговор сам собой. Ответ имеет смысл только как повод сгенерировать новую порцию витиеватого текста. В этом легко убедиться - надо только попросить разъяснить любой оборот, расшифровать фразу, развить мысль... Сразу полный ступор. Либо новый поток ничего не значащих слов никак не связанных с вопросом. Можно только позавидовать)

Аватар пользователя kto

Либо новый поток ничего не значащих слов никак не связанных с вопросом. Можно только позавидовать)

Так общаются например воробьи. Они общаются музыкой звуков. Звуки (вибрация) достигают до резонансных участков хромосом, вызывая конкретные чувства априори связанные с белком, который реализует движение (поведение). 

Аватар пользователя Спокус Халепний

Ну, если уж зашла речь о сранении с птицами, то я бы сравнил Андреева с соловьём. И тогда совершенно естественно я попал бы в стайку к глухими тетерям.

Аватар пользователя kto

И тогда совершенно естественно я попал бы в стайку к глухими тетерям.

Не таким уж глухим, раз вы заметили что люди общаются не только словами но и музыкой (нотами).

Аватар пользователя Совок.

То есть имеем дело с обычной ситуацией: когда сказать нечего надо использовать заумные слова.

   Это точно.   Так у хомо сапиенса и стоит задача подавить конкурента или громким голосом или потоком слов или своим видом с короной на голове.  Не зря "философы" не любят МиЭ.  Те народу растолковывали смысл реальности а метамодернисты имеют цель запудрить народу мозги холерным аутопоэзисом., естественно за свои дивиденты. Естественный отбор он не только в Африке но и на ФШ.

Аватар пользователя Андреев

Мировоззренческая задача метамодернизма: протосинтез.

Мантра метамодернизма звучит так: за деконструкцией должна следовать реконструкция. Это следует рассматривать как реакцию на желание постмодернизма все разрушать. Но метамодернизм не то же самое что модернизм.

Грандиозный план модернизма основывался на вере, что при наличии времени, рациональности и объективного вдумчивого анализа, наука откроет секреты бытия. Метамодернисты осознают, что создание нового метанарратива мира это задача, которую не завершить, и только протосинтез – единственная осуществимая цель.

Реконструкция - это интеграция всего жизнеспособного нового и хорошо забытого старого, аналитической философии и феноменологии с платонизмом и библейской моделью. Звучит как полный абсурд или парадокс. Но парадокс, антиномия - это живой нерв мета-модерна, или нео-метафизики.

Короче, направление вектора: "Вперед, в новую античность!".

Аватар пользователя Андреев

А вот из первоисточника Notes on metamodernismTimotheus Vermeulen and Robin van den Akker:

The current, metamodern discourse also acknowledges that history’s purpose will never be fulfilled because it does not exist. Critically, however, it nevertheless takes toward it as if it does exist. Inspired by a modern naı¨vete´ yet informed by postmodern skepticism, the metamodern discourse consciously commits itself to an impossible possibility.

Дискурс метамодерна признает, что цель истории никогда не будет достигнута, потому что она не существует. Однако, критически, тем не менее, он склоняется
к ней, как если бы она существовала. Вдохновленный наивностью модернизма, но осведомленный постмодернистским скептицизмом, дискурс метамодерна сознательно посвящает себя невозможной возможности.

В переводе с русского на русский: мы понимаем, что вера в Бога - дело наивных традиционалистов, и "не к лицу и не по летам" зрелым постмодернистам, но давайте будем жить и думать так, как будто Он есть :))

Аватар пользователя VIK-Lug

Андрееву: а чем дискурс метамодерна отличается от того, о чем Маркс в "Критике Готской программы" так отразил (и что многими сегодня воспринимается как той же самой невозможной возможностью): "На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права и общество сможет написать на своем знамени: каждый по способностям, каждому по потребностям"?

Аватар пользователя Андреев

VIK-Lug, 21 Июль, 2018 - 10:05, ссылка

Андрееву: а чем дискурс метамодерна отличается от того, о чем Маркс в "Критике Готской программы" так отразил...

Во-первых, чем сходится. Во-многом, совпадает с концептом конца истории, изложеном во многих теориях, в том числе и тексте А. Болдачева здесь на ФШ (Александр Болдачев. Финита ля история: Культурная сингулярность, 2008).

А отличается тем, что призывает не абсолютизировать и не превращать свой "метанарратив" в культ, как это произошло с бедным Марксом.

Аватар пользователя VIK-Lug

Андрееву: а что, Маркса именно по его "бедности" признали Человеком прошлого тысячелетия? Или как? Ибо если исторический процесс индивидуального и общественного развития людей в диалектике того, что по Марксу "производственные отношения - это отношения, в которые вступают люди в своём общественном процессе, в производстве своей общественной жизни" - и это культ, то это однозначно с Вашей стороны "это то, не знаю что". 

Аватар пользователя Андреев

VIK-Lug, 21 Июль, 2018 - 19:29, ссылка

а что, Маркса именно по его "бедности" признали Человеком прошлого тысячелетия?

"Бедность" Маркса в его "популяризаторах", превращающих "руководство к действию в догму"...

Аватар пользователя VIK-Lug

Андрееву: а для кого Энгельс указал на такое: "Наша теория не догма, а разъяснение процесса развития"? Вот и Ленин на это же указал в работе "Государство и революция". И чего с этим делать будем? Познавать суть того, что действительно отражено в теории марксизма, или "гнать лабуду" по принципу - не знаю что, но не то?

Аватар пользователя Андреев

для кого Энгельс указал на такое: "Наша теория не догма,

Он-то указал, а вот кому это помогло - другой вопрос. Например, вы не просто воспринимаете все догматически, так еще и излагаете только цитатами. Поэтому лучше рискнуть и "гнать лабуду", чем превращать чужую теорию в догму, а себя в начетника.

Аватар пользователя VIK-Lug

Андрееву: ну могу и без цитат суть диалектики теории марксизма "выдать на гора". Ибо если члены какого либо сообщества реализуют баланс при создании условий своей жизни в познании и применении тех законов, которые они узнают от природы и которые "от людей" (см. "Философию права" Гегеля), то такое сообщество развивается. А если до противного наоборот - то тогда однозначно кирдык такому сообществу. И практика бытия человечества на Земле эту диалектику неоднократно демонстрировала. А для Вас похоже такая простая истина - та еще тайна за семью печатями.  

Аватар пользователя Спокус Халепний

Раз речь зашла в том числе и о постмодерне, то я вспомнил о своём посте на одном из форумов. :) А так как тема затрагивает ещё и метамодерн, то я подумал, что можно запостить здесь это как метапост.

Корче, утешает лишь то, что в нижеследующем что-то об искусстве говорится. Но если "главарь" темы возражает, то пусть удалит - ему виднее (я не обижусь).

«Репетицию оркестра» надо репетировать и репетировать

Феллини снимал «Репетицию оркестра» для телевидения. Это диктовало режиссёру использование упрощённых, более понятных киносимволов. Тем не менее известно, что такой мастер как Федерико Феллини просто не в состоянии опустить себя до использования «киносимволики» мыльных опер. Более того, его фильм вообще получился как бы «в пыку» тому многосерийному телевизионному буму, который именно в то время начинал разрастаться. «Телесериал» в его исполнении получился коротковатым, не дотягивал до мыльных шедевров мирового экрана. Вся «Репетиция оркестра» уложилась (стыдно сказать!) в одну серию, продолжительностью в 1 (один) час. Длительность фильма получилась обратно пропорциональной количеству высказанных в фильме мыслей.

Сегодняшнему зрителю фильм будет более понятным, если вспомнить что происходило в Италии в те времена – в середине 70-х. Итальянские правительства менялись как перчатки, а мафия проникала во все провластные щели. Ясно, что в борьбу с коррупцией была вовлечена «вся страна», как один! Под громкое улюлюканье левых. Пышным цветом расцвели «красные бригады» и профсоюзные движения. Короче, дарами итальянской демократии пользовались все – по полной, приближая тем самым эту законную свободу к закономерному абсурду.

Как раз в это самое время Феллини и снимает свой фильм по заказу телевидения. Картину, действительно, вполне может смотреть довольно неразборчивый зритель, воспринимая всё заснятое взглядом домохозяйки, поглядывающей на телевизор из кухни. Единственное умственное усилие, которое необходимо для такого потребителя телевизионной продукции, это воспринимать фильм не как зарисовку с натуры, а всё же, как гротеск – карикатуру на сегодняшнюю (тогдашнюю) итальянскую действительность.

Ясно, что Феллини не был бы Феллини, если бы это было единственным срезом фильма. Но Феллини не просто воистину национальный (итальянский) режиссёр. Он заодно и гений мирового кино. Его фильмы неизменно поднимают проблемы, волнующие весь цивилизованный мир.
Другое дело, что эти проблемы посещают разные страны в разное время – для одних стран это давняя история, для других – настоящее, а для третьих всё ещё впереди. Удручает, правда, какая-то неизбежная закономерность повторения различными обществами негативного опыта их соседей. Похоже, что такая историческая слепота заложена в социальную природу человеческих образований самим Богом. Или в Моисеевых скрижалях надо что-то подправить...

По сути, задача режиссёра заключалась только лишь в том, чтобы увидеть за текущими неурядицами итальянских реалий того времени, общезначимые для человечества вопросы, и воплотить всё это на экране (в течении одной короткой серии).
Остаётся лишь удивляться, насколько легко делать хорошее кино: достаточно просто копнуть в глубину обыденного, извлечь оттуда вечное, и подать нужные ассоциации зрителю при помощи характерных для искусства кино знаков – символических образов.
Пусть даже не всё изображённое в фильме сразу уляжется в голове массового зрителя. Пусть не все ассоциации он ухватит. Более вдумчивые возьмут от фильма больше. Символов хватит на всех.

Но нам сейчас интересен более дотошный зритель, который пытается помыслить, осознать увиденное не только во время просмотра, но и потом. В этом смысле, данная заметка как раз и есть мысли «дотошного», возникшие через какие-то там тридцать лет после выхода фильма на экран. Поэтому правильней было бы назвать это не просто «мысли дотошного», а – «мысли дотошного тугодума».

Итак, общее знаковое оформление фильма – традиционное, всеми понятное, а потому не требующее умственных напряжений – оно привычно. Действующие лица помещаются в замкнутое пространство, чтобы почти ничего извне не мешало производить разбор «человеческих полётов». Такой приём мы встречаем сплошь и рядом в классике кино и литературы.
Однако, попытаемся всё же вскрыть другой пласт.

Фильм начинается с ностальгических воспоминаний худенького подвижного симпатичного старикашки – копировальщика нот для оркестра. Раскладывая нотные записи по пюпитрам, он рассказывает зрителю о происходящем. О былых временах, о помещении старой католической церкви, в которой уже давно не идёт служба, и о том, почему в ней собирается для своих репетиций не очень большой, – человек двадцать, – симфонический оркестр местного разлива.
Впрочем, нам не дают знать о местности никаких подробностей. Рассказ неувядающего старикашки, обращённый к телезрителю, больше идёт о тех временах, когда не только звучала настоящая музыка, но и яйца были крупнее, и вода жиже... Он заканчивает свой рассказ, вместе с выравниванием пюпитров и стульев. Начинается оркестровый трудовой день.

Музыканты приходят на репетицию, рассаживаются по своим местам. И тут мы видим, как и во многих других фильмах Феллини, полный спектр характеров, возрастов, темпераментов,.. а также замечательную галерею персонажей – пучеглазых, носатых, мордатых, лысых, кучерявых, высоких и маленьких, толстых и худых, мужчин и женщин... В общем, двух похожих – не сыщешь.
И одеты они тоже разнообразно: от джинсов (репетиция – не концерт) до белых рубашек с галстуками (на тех, кто считают себя, конечно же, истинными служителями муз).

Один – садится на свой стул вполне удовлетворённый началом рабочего дня. Другой – не выспавшийся – усаживается, как в кресло стоматолога. Третий – ворчит, что его стул подменили, а пюпитр стоит неправильно (естественно, потому что кругом полно злоумышленников). Четвёртый – успевает приложиться к портативной фляжке со спиртным, и при этом уверен, что делает это абсолютно незаметно. Пятый – совсем неравнодушен к шестой и поэтому репетиция для них – это скорее любовное свидание. Седьмой – держит себя отстранённым от окружающего его «бедлама» – он выше всего этого. И т.д. и т.п.

Заходит дирижёр. Подтянутый, дисциплинированный. Средних лет. Рыжий. Явно – немец. Он приходит не в храм музыки, потому что вся обстановка вокруг не вдохновляет его броситься немедленно в объятье возвышенного. Он здесь на работе с явным намерением исполнить свой служебный долг со всей немецкой тщательностью. Впрочем, его нельзя упрекнуть и в равнодушии к музыке. Он – профессионал.

Феллини всё это показывает намеренно обыденным, выпячивая каждодневность происходящего. Ну, просто никакого тебе режиссёрского уважения к высокому, доброму, вечному – ради чего, по идее, музыканты должны были бы собираться в старинном помещении церкви для репетиции.
Зачем он это делает? Почему кинематографист не служит небесам, когда речь идёт о классических симфониях и всяких разных фугах? Может заработает, наконец, поднебесная? Смотрим дальше.

Дальше – хуже. Идёт близкое знакомство с музыкантами. Показываются мелкие перепалки, жалкие объединения «музыкальных служащих» по лагерям мелкого противостояния. В общем, типичная картина околорабочей обстановки коллектива клерков какой-нибудь городской исполнительной власти, годами разгребающих жалобы горожан. Самое сильное, что объединяет этих людей в одно целое – звонок об окончании рабочего дня.

Картинки рабочей «службы в оркестре» следуют одна за другой, и почти всем фрагментам присущ знаменитый феллиниевский сарказм, смягчённый незлым юмором, как, например, в эпизоде с уже немолодым кларнетистом после очередной просьбы дирижёра к нему повторить фрагмент музыкального произведения.
В объявленном пятиминутном перерыве кларнетист, сетуя на такую придирку к нему, негромко заявляет:
– Меня однажды похвалил сам Тосканини, когда я у него играл!
Из контекста чувствуется, что эту фразу оркестранты слышали не один десяток раз и уже давно перестали реагировать на эту «новость». Но сейчас, чтобы жизнь на работе не показалась тоскливей, чем есть на самом деле, “товарищи по цеху” не сговариваясь, продуцируют вот такой примерно диалог:
–  Кто, вы говорите, вас похвалил?
– Как кто? Вы разве не знаете? – отвечает кларнетист – САМ ТОСКАНИНИ!
– Не может быть!!! – подхватывает сосед слева – Сам Тосканини?!! Вы не путаете?
– Именно, Тосканини! Он так прямо и сказал: мне нравится как вы играете этот фрагмент! – в сотый раз восторженно “обижается” кларнетист на своих соседей.
– Я тут не расслышал – трогает кларнетиста за плечо музыкант, сидящий позади него – вы, кажется, сказали что-то о великом Тосканини?
– Да, да, да – именно про Тосканини! Он лично – сам великий Тосканини – меня похвалил!
– Так как он сказал? – поворачиваясь вместе со стулом на 180 градусов, “интересуется” сосед спереди.
– Он сказал: мне нравится как вы исполняете этот фрагмент. Это было, когда я у него играл.
Музыкант, сидящий по диагонали от кларнетиста:
– А почему вы раньше скрывали, что играли у самого Тосканини? Так что он там говорил про вас?»
И т.д.

После всего этого невольно задаёшься вопросом – каким же образом этот сброд самых, казалось бы, случайных людей со своими ничтожными проблемами, пришедших, вроде как, только отработать свой рабочий день, смогут по одному движению дирижёрской палочки превратиться в слаженный механизм, подчинённый единому стремлению сотворить музыкальную гармонию?

В первой части фильма – в своих вводных картинках – Феллини даёт нам понять, что как минимум одна составляющая для этого чуда всё-таки есть. Для этого он предоставляет ключевым музыкантам по одной-две минуте времени, чтобы они высказались перед невидимым зрителем – каждый о своём родном инструменте.
И мы вдруг замечаем насколько неравнодушными становятся их лица, когда каждый из них – совершенно по-разному – описывает значение своего инструмента в оркестре, рассказывая: один – о скрипке, другой – о виолончели,.. кларнете, фаготе...
Каждый подбирает для этого описания своё: кто – нечто возвышенное, кто – спокойное, кто – шутливые фразы. Но ни один не остаётся равнодушен по отношению к своему «орудию производства». Мы видим, что инструмент – это продолжение личности персонажа, причём, лучших её черт. Чтобы они высказались, Феллини создаёт в кадре как бы интимную обстановку – с глазу на глаз. Что-то вроде короткой молитвы в тишине и одиночестве, когда не до показухи.

Идёт очередной шаг репетиции, и со взмахом палочки зазвучали первые намётки произведения. Ещё не вечер, ещё репетировать и репетировать, но основная музыкальная тема уже явно слышится.
Кстати, с Феллини, как и в других его фильмах, в паре работает композитор Нино Рота. Музыкальная составляющая у Феллини, как всегда – это «отдельная песня» (поэма). Что-то похожее мы наблюдали в знаменитых советских парах режиссер-композитор: Эльдар Рязанов – Андрей Петров, Никита Михалков – Эдуард Артемьев, Георгий Данелия – Гия Канчели,  Марк Захаров – Геннадий Гладков. Тут без чувства партнёра при создании фильма не обойтись.

Вернёмся к «Репетиции оркестра». Вскоре оказывается, что базар можно как-то координировать, подчинить движению к некой цели. Для этого нужна воля, воздействующая на разнородный коллектив. Носитель воли – дирижёр.

Всё дело в том, что и он сам, как и его оркестранты, несмотря на наличие мелких личных неурядиц (“на работе и дома”), несмотря на множество конфликтных ситуаций с музыкантами, несмотря на всё это, у дирижёра тоже есть свой любимый “инструмент”.
И инструмент этот отнюдь не дирижёрская палочка. Это – весь оркестр. Ему надо сыграть в первую очередь на живых людях. И мы видим, что настройка этого “инструмента” требует такого же отношения к нему, как и у скрипача к своей скрипке. И глава оркестра всё время находится в состоянии налаживания этих отношений.

Но тут, в самый разгар тонкой настройки контактов дирижёра с его оркестром, вдруг вмешивается самый гротескный образ в фильме – местные профсоюзы. С ними заключён договор о «предоставлении защиты трудовому народу». Они влетают в помещение более, чем «шумною толпою» (включая оператора с телекамерой) и сразу наводят порядок. Свой порядок.
Во-первых, выясняется, что, как и следовало ожидать согласно марксистскому учению, оркестр разделён на два антагонистических класса: дирижёр как «эксплуататор трудящихся музыкантов» и, собственно, пролетариат – в лице оркестрантов.
Во-вторых, существуют, оказывается, установленные в договоре нормы, за нарушение которых может следовать отстранение «управляющего» от должности. Одна из таких норм даёт о себе знать немедленно, причём, на глазах лидера профсоюза: фрагмент музыкального произведения, который никак не удаётся сыграть так, как этого хочет дирижёр, нельзя (согласно договору) репетировать больше двух раз. Вернее, можно, но дирижёр не может самолично настаивать на этом, если музыканты возражают.
Впрочем, профсоюз может всё-таки дать добро на третий проигрыш, если посчитают нужным, и если при этом не будут ущемлены законные права простых рабочих музыкального цеха.

Короче, оркестранты получают коллективное вливание супер-дозы «истинной» свободы, «о которой так долго говорили…» итальянцам. Сладкое слово «свобода» моментально становится достоянием масс – работников смычка и мундштука.

В свою очередь, это немедленно отражается на исполнении. Замечательная музыкальная тема (проходящая через весь фильм) хоть и слышится при очередном проигрывании, но она явно контрастирует со свободой гения творить вечное. Мелодия в полёте! Но это полёт птицы в огромной клетке в зоопарке – полёт до момента удара головой в металлическую сетку. Ниспосланная профсоюзами «свобода» обернулась для музыки подрезанием крыльев.

Разгул “свободы” нарастает с каждым кадром. Вот уже слышатся скандирования отдельных флангов оркестра: «долой дирижёра!» Возникают революционные надписи на стенах, кто-то чаще прикладывается к бутылке, а под фортепиано вообще – влюблённая парочка не обращает ни на кого внимания, занимаясь сексом. Свобода!

Ситуацию спасает... Не, ну всё как в жизни! Ситуацию спасает всеобщее бедствие, пришедшее извне. В фильме роль такого «пожара/землетрясения» играет обычная строительная гиря, при помощи которой разбивают стены при сносе зданий. Первый удар производит лишь непонятный грохот, а через некоторое время второй – огромную трещину в стене. Какая-то несогласованность начала строительных работ и репетиции оркестра.
Но даже это не заставляет музыкантов прекратить бардак. О самой гире, и вообще, о том, что вообще происходит, ещё никто не догадывается. То, что это гиря, пробивающая стенку, всем станет известно позже. Феллини ещё даёт людям шанс опомниться до наступления бедствия – он вводит в фильм пророка, посланника Бога на Земле.

Этим пророком у Феллини выступает... крыса, убегающая с «тонущего корабля», то есть сразу же после странного грохота (первого удара гири о стену дома). Но разве людям в этот момент до пророков!? Откуда? «Пророков нет в отечестве своём…!»

Феллини, конечно же, не позволяет себе нарушить извечную историческую закономерность. Поэтому оркестранты, увидев убегающую крысу, не остыв ещё от разгула «вольной воли», успевают преградить ей дорогу, зажав её возле стены с помощью какого-то деревянного щита. Далее, по сложившимся в веках нормам, они должны её убить... Но не убивают... Не убивают так просто (согласно таким же сложившимся традициям). Они с наслаждением поджигает её живьём. Хотя, могли бы выдумать и менее жестокую казнь для пророка, например, распять на кресте.
Третий удар гири обрушивает стену, в результате чего не только большинство оркестрантов получают мелкие травмы, но под обломками оказываются и раненные, а один музыкант даже погибает.

Полная растерянность и тишина. Что делать – никто не знает.

Наступает финальная сцена, длящаяся 2-3 минуты. Дирижёр, весь в пыли, в порванной рубахе берёт в руки дирижёрскую палочку, становится на помост, и взглядом показывает, что есть спасение. Травмированные грязные оркестранты образуют полукруг вокруг дирижёра, берут свои инструменты. Взмах палочки, и начинает робко и приглушено звучать основная музыкальная тема. Все сосредоточенно вглядываются в усталое, но вдохновлённое лицо стоящего перед ними лидера – творящего исполнение музыкального произведения! Оркестр всё больше впивается в него взглядом. Они становятся неразрывным целым, отлаженным часовым механизмом.
Музыка звучит всё громче и... будто птица вылетает из клетки на волю. Происходит одухотворение звуков.
Но дирижёр хочет большего. Он чувствует, что сейчас можно выжать из оркестра ранее ему неподвластное. На фоне музыки вдруг начинают слышаться его окрики-упрёки, типа: «как вы играете – такой звук издаёт трамвай на поворотах, а не виолончель!»
Идут последние кадры. Окрики становятся отрывистыми и грубыми.

Кино заканчивается, но музыка продолжает полёт, несмотря на резкие замечания дирижёра. Она ещё десяток секунд звучит за кадром без изображения на экране. Это тот последний штрих, который делает это произведение гениальным: мы продолжаем улавливать окрики, но уже без музыки, и вдруг ощущаем, что они незаметно превращаются в какие-то очень знакомые командные возгласы, но уже на… немецком языке (без всякого перевода). Всё дело в том, что перевод и не нужен.

Эти команды мы неоднократно слышали и помним по многим фильмам. Это чёткие, короткие выкрики-команды эсэсовцев с собаками, когда из вагонов, прибывших в концлагерь, выгоняют привезённых туда евреев, и подгоняют их, заставляя быстро раздеваться и сдавать у кого есть золотые украшения.

А где же та граница, которая разделяет свободу от «профсоюзной свободы»? Где та граница, которая проходит между подчинением дирижёрскому единоначалию и выполнением приказов лидера нации по уничтожению людей в концлагерях? Феллини, дай ответ! Молчит маэстро. Не даёт ответа.

2008 г

Аватар пользователя Андреев

Конечно, постом это нельзя считать, но оставим  :))

Спокус Халепний, 21 Июль, 2018 - 11:16, ссылка

По сути, задача режиссёра заключалась только лишь в том, чтобы увидеть за текущими неурядицами итальянских реалий того времени, общезначимые для человечества вопросы, и воплотить всё это на экране (в течении одной короткой серии).

Остаётся лишь удивляться, насколько легко делать хорошее кино: достаточно просто копнуть в глубину обыденного, извлечь оттуда вечное, и подать нужные ассоциации зрителю при помощи характерных для искусства кино знаков – символических образов.

Пусть даже не всё изображённое в фильме сразу уляжется в голове массового зрителя. Пусть не все ассоциации он ухватит. Более вдумчивые возьмут от фильма больше. Символов хватит на всех.

К вашей цитате "не по теме" добавлю свою автоцитату тоже "не по теме":

О чем поет Высоцкий?

Сегодня, в год когда ему исполнилось бы 80 лет, можно ответить на этот вопрос иначе, чем ровно 50 лет назад в статье с таким же названием (9 июня 1968 года в газете «Советская Россия»). 
(см. здесь https://echo.msk.ru/blog/odin_vv/1992592-echo/ )

Тогда было сказано: "В песнях Высоцкого под видом искусства преподносится обывательщина, пошлость, безнравственность. Высоцкий поет от имени и во имя алкоголиков, штрафников, преступников, людей порочных и неполноценных."

Сегодня совершенно ясно, что он стал дла нашего века энциклопедией русской жизни советского периода. Но главное не только в палитре его персонажей, их языка, гениальных рифм и бешенно натянутого нерва, на котором все это написано, а еще и в нескольких слоях, которые есть в каждой песне помимо прямого содержания.

1) Это всегда что-то из личной жизни самого Высоцкого, которого и спасали, и предавали, и делали козлом отпущения, и пытались управлять им, как иноходцем или истребителем.

2) Это образ всего народа, жившего в пьянстве и буйстве, но в стремлении выбраться на стремнину, освободиться от судьбы кривой и нелегкой, бьющегося между тюрьмой и войной, но не теряющего загадочным образом, даже на самом дне, своей человечности, своей души.

3) И самое главное - это голос и лик настоящего человека, поэта и пророка, который восстает против мнений света и полусвета, мнений тьмы и толпы. Один, как прежде, как во все века, чувствуя трагичность и фатальность исхода, но выбирающего "восстать, вооружиться, победить", и своей жизнью выйти из колеи, вырваться за флажки и раздвинуть горизонты.

Попробуйте переслушать его песни и увидеть эти слои. Вы получите несравненно больше наслаждения. А он получит то, чего не дополучил при жизни - внимания и понимания умных людей.

Так к чему этот весь офф-топ? А к тому, что метамодерн - это как раз: "Когда б вы знали из какого сора растут стихи, не ведая стыда". Идеи рождаются не из идеального мышления, а из реальной жизни, не из аромата цветочков, а из навоза и чернозема, которые дают жизнь этим цветочкам и их ароматам. 

Аватар пользователя Галия

//Идеи рождаются не из идеального мышления, а из реальной жизни, не из аромата цветочков, а из навоза и чернозема, которые дают жизнь этим цветочкам и их ароматам.\\

Из "реальной жизни" рождаются реальные цветы и реальный навоз. А идеям больше негде рождаться, как только в идеальном мире (мышлении).
К примеру, Вы здесь родили идею про чернозем, из своего идеального мышления, но это же еще не реальный чернозем?))

Аватар пользователя Галия

В названии "метамодерн", по-моему, очевидна коммерческая цель - поставить его в ряд таких глубоких смыслов и терминов, как метафизика, метатеория, метамодель.. в общем, добрались, теперь и их опошлят.)

Аватар пользователя Андреев

В оригинале статьи первопроходцев и авторов этого термина видно, что явление было осознано раньше названия, и уже было предложено несколько вариантов ( в частности, пост-постмодернизм). Но именно "метамодернизм" всколыхнул и срезонировал в общественном сознании. Насколько это глубоко и серьезно, покажет только время. Но, разумеется, каждый выбирает свой способ реагирования на новые явления. 

Все зависит от наличия в нашем сознании понятий, которые резонируют с этим явлением либо положительно, либо отрицательно. 

Вот реакция Быкова:

Метамодернизм - это другой выход. Это как бы более сложный модернизм, возврат к модернизму - как я думаю, искусственно прерванному, искусственно абортированному в 20-е годы, - возврат к модернизму в условиях массового общества. Главными фигурами метамодернизма считаются [Джонатан] Франзен и, конечно, мой большой любимец Дэвид Фостер Уоллес. 

Конечно, там наличествует ирония, но в общем это серьёзное и даже трагическое отношение к жизни. Бесконечная сложность, усложнённость; сетевая структура повествования; свободное плавание во времени; неоромантические установки, то есть установки на совершенство одинокого героя, на отход от толпы, на определённую контрадикцию с ней, наверное.

Это интересная концепция. Я, в общем, за метамодернизм, то есть за новых умных, грубо говоря. Я за то, чтобы постмодернистское время как можно скорее закончилось. Да и его, по-моему, не было.

Аватар пользователя Галия

То есть, кругами, виражами, прыжками и зихерами приближаемся к обычной философии?))

Аватар пользователя Андреев

Никакого другого пути, кроме спирали (кругами, виражами, скачками) философия не знает. Но насчет "обычной" философии, это слишком :)) Может, назовете парочку "обычных" философов современности? Или еще лучше здесь на философском форуме? :))

Аватар пользователя Галия

Давайте сначала согласимся с понятием "обычная философия"? Я имею в виду, что те принципы, которые мы постигаем благодаря философским дисциплинам, рациональны и практичны. То есть, в "бесконечном романе со знанием" не может быть никакого там трагизма или драм, нет места кликушеству или самоиронии, чем увлекают людей всякие модерны, в нём всё просто, прямо, ясно, честно. Иначе, очень опасно для жизни.
Если согласны, тогда могу назвать пару участников фш, кто явно "крутит романы со знанием": Болдачев, Потерпевший.. чем Вам не философы современности?)

Аватар пользователя Евгений Волков

Под обычной Вы, Галия понимаете классическую философию со всеми ее недостатками, со всеми ее изветлениями, игнорируя эти недостатки, а жаль. 

Аватар пользователя Галия

Недостатки и искажения в понимании классической философии как бы нельзя считать её недостатками и изветвлениями. Модерн и постмодерн, применительно к философии, попытались их оправдать - не вышло, поэтому появился метамодерн. Если нет четкого понимания сути, изложенной в классике, романтические завывания так и будут продолжать менять свои имена, как модные юбки, хоть до суперпупертеосеомегаджагга-модерна. Но я ж не против? Пущай оно модернится, все лучше, чем совсем ничего.)

Аватар пользователя Евгений Волков

Вы Галия перепутали. Нет четкой сути в классической философии. Четкое понимание наступает, когда есть конкретная суть, которую можно понять, используя правильный понятийный аппарат. А его к вашей классической философии и нет, к сожалению.

Аватар пользователя VIK-Lug

Евгению Волкову: ну если не считать "четкой сутью" то, что отразил такой классик философии, как Гегель: "Философия именно потому, что она есть проникновение в разумное, представляет собой постижение наличного и действительного, а не выставление потустороннего начала, которое бог знает где существует, ... можем сказать, что оно существует только в заблуждении одностороннего, пустого рассуждательства" (см. Предисловие к "Философии права"), то какой еще Вам "четкости" надо?

Аватар пользователя Галия

Спасибо, Виктор.
Разумеется, стоит только приветствовать авторов-разработчиков всяких там современных понятийных аппаратов, но напоминать им, что новый аппарат не должен быть дубиной, оказывается, тоже не лишне.)

Аватар пользователя Евгений Волков

Дорогая Галия! Полностью с Вами согласен!!! Добавлю, что он понятийный аппарат должен быть прежде всего связан системно, то есть понятия должны быть производными в прямом и косвенном смыслах других понятий. И тогда вопрос о дубине стоять не может. В свое время уважаемый академик Степин Вячеслав Семенович вводит такие понятия в отношение систем как самоорганизованный и саморазвивающийся. я тоже тогда купился на это, но благодаря своим наработкам понял, что эти понятия тупиковые. Тогда я разработал родовую классификацию систем и был прав. Но авторитет академика столь силен, что и по сей день пишущие о системах пользуются его терминологией и попадают в тупик. тем не менее я благодарен академику, так как я не потратил много времени и смог вывести более реальные определения.

Аватар пользователя Евгений Волков

Виктор! Приведенный вами пример есть противопоставление НАУКИ и пустых рассуждений. Но тогда Гегель не мог рассуждать иначе. Он не владел НТС и потому не мог отличать философию от науки, а значит не мог указать на четкую суть исследуемого.  А философия есть всего лишь абстрактное представление конкретного. этот этап так же неизбежен как этап опыта. но различать их есть крайняя необходимость, что пустопорожние рассуждения не забивали информационное пространство. 

Аватар пользователя VIK-Lug

Евгению Волкову: а вот такие философы как А.Зиновьев и Э.Ильенков в своих работах доказали, что именно из определенной суммы абстракций и рождается нечто конкретное и соответствующее тому самому "наличному и действительному" по Гегелю. И если Вы считаете, что и эти философы тупые, то тогда пора Вам самому задуматься  "а не дурак ли я?". 

Аватар пользователя Евгений Волков

Во-первых, этих ученых я не считаю тупыми, как вы изволили меня изобразить, а наоборот отношусь к ним с большим почтение. во-вторых, вы плохо усвоили то, что они сказали. сумма абстракций и есть результат философии, из которой и получается конкретное. и я об этом вам твержу, но вы не понимаете, а живете по принципу, что "у моего соседа не может быть хрен толще".

и запомните главное. надо быть не начетником, как вы, а конструктивно критически относится ко всяким философским изысканиям.

Аватар пользователя VIK-Lug

Евгению Волкову: ну "если считаете", то это не означает что Вы так и делаете. А с другой стороны - если не считать их тупыми, то это не означает должно осознавать и эффективно использовать то, чего эти философы отразили в своих трудах, в том числе и диалектику восхождения от абстрактного к конкретному. 

Аватар пользователя Евгений Волков

Как я делаю написано в моих статьях, но вы их даже не прочли. эффективно можно использовать, что является системным знанием. Это как с играми ребенка. Построил ребенок фигуру из песка, спичек, чего угодно. и дальше это использовать никак нельзя.

так и с некоторыми выводами того же Гегеля. использовать бессмысленно, но знать, что по этому пути идти нельзя уже польза.

от абстрактного не восходят, а переходят!!! Вершины нет и быть не может по определению. Но это вы вряд ли поймете.

Аватар пользователя Андреев

Феллини снимал «Репетицию оркестра»

Какой шикарный пересказ! Как будто сам посмотрел весь фильм. И самое интересное, что точное выражение идеи метамодерна: сквозь хаос и трагедию проступает бытие и гармония. "Бытие начинается, когда ему угрожает небытие". И все это с иронией и состраданием, в метамодернистской смеси неверия и веры, экстаза и взлета, перетекающих в распад и ужас, но при этом не скатываяясь в постмодернистский культ бессмысленности и нежити.

А в другой пример метамодернизма в действительности я погрузился, поехав с внуками на Bristol Renaissance Fair. Такое удивительное слияние средневековья и современности, реальности и вымысла, и все пропитаное одновремено иронией и страстной верой, игрой и реальностью. 

Вот то же самое и в философии: отход от линейных псевдологических заумных рассуждений о бессмысленности судить и рассуждать, а погружение мысли в живую суть движущей субстанции бытия и мышления и, оттуда, полет во все стороны, как летучая невесомая сеть путины, охватывающая и ненасильственно связующая все со всем.

И при этом никакой религиозной одержимости и агрессивности. Погружение в свой собственный метанарратив и обсуждение его с "теми, кто понимает", не обижаясь и не убеждая тех, кто в этом не видит смысла. Как сказал Киплинг:

If can trust yourself when all men doubt you,
but make allowance for their doubting too...

Коль веришь ты себе, когда в тебя не верят,
Но ты к чужим сомненьям открыт...

Ренессанс античной и средневековой метафизики, гегелевской диалктики, кантовских антиномий, гуманистической теологии, но на основе научной методологии, и одновременно на сократовской самоиронии и терпимости - это и будет почва метамодернизма. 

Аватар пользователя VIK-Lug

Андрееву: однако "полет во все стороны" и охват "всё со всем" возможен только во сне. А на яву такой полет, без должного понимания диалектической сути "движущей субстанции бытия и мышления", например, путем восхождения от абстрактного к конкретному, часто и густо заканчивается, как говорят в авиации, вынужденной посадкой с полным ртом земли. 

Аватар пользователя Александр Бонн

да, да.....личность, это всё, а общество, это так...хвост коровы. 

Аватар пользователя Евгений Волков

Ваша фраза показала насколько ваше частное мышление опережает общественное, к сожалению, тогда как необходимо стремление к их балансу.

Аватар пользователя Спокус Халепний

Вот вы говорите метамодерн в искусстве... Тут у меня вопросов нет. И я даже догадываюсь почему. Ведь, чтоб вопрос возник, неплохо хотя бы понимать об чём речь. Вроде как и слово модерн понятно, и мета-  нонче подключают к любому, наперёд заданному понятию. Жду не дождусь когда буду восседать на метаунитазе.

Однако, об искусстве. Не пожалейте 6 минут на просмотр трёх небольших частей (в одном целом) модернового танца под названием... что-то типа (в переводе) "Танцы богатенькой  молодёжи".

Видеоклип сделан лет двадцать назад, но(!). Но сама постановка танцев сделана (я поверить не мог)... в конце 60-х. Правда, есть небольшой нюансик. Постановку сделал Боб Фосси.

Итак, 6-минутный клип тут.

Вопрос: это метамодерн, постмодерн, модерн, метапостмодерн... или просто гений танца, как и просто гений режиссёр Ф.Феллини?

Аватар пользователя Совок.

  И чё тут нового.   Обыкновенный танец живота. Со времён  танцев неандертальцев вокруг костра ничего не изменилось. Разве что они обходились без режиссёров.

Аватар пользователя Галия

Если Вы думаете, что эти танцули //..воплощают в себе человеческий дуализм и непостоянство — «социацию», о которой ещё говорил социолог Георг Зиммель\\, то это метамодерн.

Если к 6-й минуте Вы приходите к выводу, что //..ни один из нас не может быть категорично объяснён, ибо мы постоянно находимся в движении\\, то это точно метамодерн. :))

Аватар пользователя Андреев

Это гениальный метамодерн :))

Это не просто танец, это глубокая философия, экзистециальная и модерно-постмодерная.

Посмотрите:

Sweet Charity is based on the 1966 Neil Simon Broadway musical, which used the Frederico Fellini screenplay Nights of Cabiria, as source material. With music by Cy Coleman and lyrics by Dorothy Fields, Simon’s musical was directed by Bob Fosse and stared Fosse’s then-wife, Gwen Verdon. The story focuses on the experiences of eternal romantic optimist, Charity Hope Valentine.

http://briannametcalf.weebly.com/uploads/2/9/5/6/29563281/ckb_sweet_char...

Фелини, Ночи Камбрии, Милость Валентиновна Надежда - воплощение вечного романтического оптимизма. И все это выражено в предельно отрепетированном и организованном "хаосе" минимальных повтрояющихся ("фрактальных") движениях.

Кто скажет, что это не метамодерн, пусть первый бросит в меня камень :))

Аватар пользователя Галия

//Это гениальный метамодерн :))
Это не просто танец, это глубокая философия, экзистециальная и модерно-постмодерная.. воплощение вечного романтического оптимизма. И все это выражено в предельно отрепетированном и организованном "хаосе" минимальных повтрояющихся ("фрактальных") движениях.
Кто скажет, что это не метамодерн, пусть первый бросит в меня камень\\

Это можно произнести, глядя на муравейник. Муравьи тоже метамодерн?)

Аватар пользователя Андреев

Если б муравьям была свойственна ирония и чувство юмора - то наверняка ! :))

Аватар пользователя Спокус Халепний

Это всё потому, что, как я уже заметил, был малепусенький нюансик. Постановка танца выполнена Бобом Фосси (Фосс).

А этот "гад" к чему только не прикоснётся... Ну, например, как режиссёр не самого худшего фильма "Кабаре" (с Лайзой Минелли). Всё-таки, как не крути, 8 (восемь) Оскаров. Парадокс состоит в том, что оскаровские годы (как и человеческие) бывают разными: бывали годы, когда вообще некого и нечего особо награждать, а бывало - конкуренция такая, что тот, кто остался без награды, в другой год получил бы такую единогласно.

У фильма "Кабаре" Боба Фосси был нехилый конкурентик в том же 1973 году. Причём, даже по параметру "музыка". Это был фильм Френсиса Кополлы "Крестный отец". С музыкой Нино Рота. В иной год каждый из этих фильмов взял бы, практически, все Оскары. А тут они встретились в рукопашном бою. Завершилось это побоище боевой ничьей. "Хрещений батько" теж одержав вісім Оскарів.

Перешёл на украинский не случайно. В Советском союзе роман Марио Пьюзо "Крёстный отец" был напечатан на украинском языке в журнале "Всесвіт" в 70-е. [На русском - не было] Такую тягу "до української мови" я не наблюдал никогда.  Мне достался, как сейчас помню, уж очень потрёпанный экземпляр журнала. А его надо было ещё передавать следующему читателю через три дня. В общем, не пробуждай воспоминаний...

Да, так вот интересный вопрос возникает по ходу следствия. Повезло ли Бобу Фоссу с его "Кабаре" в плане награждения восемью Оскарами?! Спросите любого, не уточняя детали: как вы считаете, восемь Оскаров - это хорошо или так себе? Однако, если бы не подлый "Крёстный отец", то было бы их штук пятнадцать. И уж за музыку-то к фильму "Кабаре" - наверняка! Но за углом (с кирпичиной) ожидал Нино Рота, входящий, очевидно, в итальянскую мафию.

На всякий случай, если не помните, вот он - кусочек из музыки того фильма. Звучит до сих пор не плохо. Хотя, конечно же, метамодерну в подмётки не годится.

Боб Фосси снял потом ещё классный фильм "Весь этот джаз" и делал постановки на Бродвее. В частности, мюзикла "Чикаго", который мы знаем уже по оскаровскому фильму 2002-го года - через 15 лет после смерти Фосси. Но идеи тюремных танцев в фильме взяты от его бродвейского "Чикаго".

Когда он ставил этот мюзикл на Бродвее, то на одну из ведущих ролей он пригласил известную танцовщицу, которая должна была играть роль одной заключённой в женской тюрьме, которая считала себя невиновной. Актриса потом рассказывала, что Фосси ей объяснил что он от неё ждёт в спектакле, и она начала выкладываться на репетициях, как никогда в жизни. Но всё время сомневалась правильно ли она поняла что от неё хочет режиссёр. Однако, Фосси ей не делал никаких замечаний, не хвалил, не ругал, а просто игнорировал. Та выкладывалась из последних сил, а после репетиции подходила к Фоссии, чтобы получить замечание, одобрение или вообще - хоть какое-то внимание. Тот смотрел сквозь неё пустым взглядом. В очередной раз она разозлилась и нагрубила ему. Тот ей в ответ, и направился к выходу, но перед тем как закрыть за собой дверь, обернулся и, как рассказывает танцовщица, взглянул на неё и вроде как подмигнул, но об этом она вспомнила уже потом, когда спектакль получил полный успех.

Короче, Фосси была нужна танцовщица именно в таком состоянии, до которого он её довёл, так как она воплощала в танцах роль несправедливо осуждённой. А она - бедная - поняла это только потом.

 

Аватар пользователя Андреев

С вашим слогом вам бы слагать былины и повести повествовать! С каким бы удовольствием я почитал бы вашу летопись диалектики Майдана, Ваши мысли о жизни нашей "скорбной" на благословенной американщине. Вы себя не используете по назначению, Вадим Владимирович. Надо браться за перо чаще и сразу делиться со товарищи :) Ждем продолжения банкета.

А по поводу темы, надо просто увидеть динамику процесса познания, чередование картин мира и станет ясно, что метамодерн - это не выдумка, а закономерное явление, практически неизбежное.

1) Все началось с первичной картины бытия, где все было свято: и земля и небо, все было одухотворено и переполнено богами и смыслами. Человек жил насыщенно и недолго, но уже познал закон, который сохранялся в виде племенной традиции. Назовем это первобытный традиционализм.

2) Затем родился классицизм. Небо стало святым, земля грешной и десакрализованной. Бог или Мир Идей отделились от мира людей и стали высшей ценностью (Благом) и целью. Человек стал мыслить и верить, и жить в соответствии со своими ценностями. За отклонение от ценностей предполагалось серьезное наказание. Все было очень серьезным и бесчеловечным. Человечеству это надоело.

3) Родился модернизм. Идеи классицизма цитировались с уважением, но Небо и Бог были тоже лишены сакральности. Остался человек и мир обьектов. Задача модернизма не ждать милостей от Природы, а познать и овладеть ей и построить рай на земле. Взялись еще более серьезно, чем классики; наломали серьезных дров, настроили архипелагов ада на земле. Человечеству это тоже надоело. Надоел идеализм, надоел материализм. 

4) Родился постмодернизм, где ни церковь и ни кабак - ничего не свято, но все достойно прикола, насмешки, карикатуры. Культ несерьезности и разрушения. Цитаты о Небе забыты, как и само Небо. Цитируются цитаты модернизма, цитаты цитат, а затем и автоцитаты самого постмодерна. Ничто не может быть ценным и достойным серьезного отношения.

И вот теперь, когда насмеялись "от пуза", появилось желание все-таки что-то сказать важное и душевное, но не впадая в агрессивную серьезность и нетерпимость. 

5) Рождается метамодернизм. Возрождается стремление к смыслу, к Разуму, к Идеалу, но без культа личности, Бога, идеи. Без обязаловки всем в это верить. Каждый должен проживать свою "экзистенцию" и находить свою меру, свою колею. Мысль человечества возвращается к модернизму и классицизму, и даже к традиционализму одновременно, и делает это не в виде возврата к прошлому, а в виде синтеза на новом витке. 

Это очень наспех изложено, очень сыро, но времени вечно не хватает. В дополнение взгляните на аналогичную схему до рождения метамодерна, построенную на основе идей Хайдеггера.

ВложениеРазмер
onto_gnosseologiya.docx 162.91 КБ
Аватар пользователя Спокус Халепний

Из пуктов 1-5 я не очень понял что первичнее - процессы в жизни, которые отображаются искусством, или передовые "искусственники" предвосхищают и указывают дорогу развития жизненным процессам?

То есть, они шестым чувством ощущают куда люди направили свои стопы и предупреждают? Или плетуться за людьми и фиксируют всё это для истории?
 

Аватар пользователя Андреев

Спокус Халепний, 24 Июль, 2018 - 17:35, ссылка

...что первичнее - процессы в жизни, которые отображаются искусством, или передовые "искусственники" предвосхищают и указывают дорогу развития жизненным процессам?

Первичнее то, что первичнее и первого и второго. Искусство (в его степени метамодерна, или просто в высшей степени) - это и есть сама квинтессенция процессов жизни и мышления. Наш мозг - это модель мироздания в миниатюре. То, что происходит в мире, то же самое происходит и в нем, только в виде нейрофизиологических моделей тех же процессов бытия. Та же фрактальность, холографичность, та же интер-легерность/интеллигибельность, стремление к связи, синтезу, упорядочиванию и оптимизации - системогенезу. 

"Искусственники" (гении искусства) не плетутся за людьми, но и не указывают жизни, куда ей течь. Они попадают в резонанс с самой Жизнью, и Она сама говорит через них. И этот язык искусства (сиречь, мысли самого Бытия) развивает разум человечества, которое постепенно проходит вышеуказанные фазы (классицизм, модерн и т.д.) в своем общественном и индивидуальном развитии.

Этот язык искусства, его "новорожденные" понятия ("Мир вращается вокруг творцов новых ценностей (понятий), неслышно вращается он") - это и есть ростки метамодерна, пробивающиеся на всех ранних этапах, но получившие возможность быть осознанными, как единый процесс, только сейчас, на нынешнем этапе. 

Аватар пользователя Андреев

ПЕРЕПОСТ.

Аватар пользователя Юрий Дмитриев

Юрий Дмитриев, 1 Августа, 2018 - 16:03

Здравствуйте, Андрей! Вот  насчёт Вашей темы о постмодернизме. Признаться, я не очень силён в культурологии. Это в том аспекте, в каком метамодернизм понимается как некий культурный феномен. Есть и ещё одно обстоятельство. Как-то не очень привлекает нередкая в культурологической среде игра терминами, сводящаяся к тому, чтобы первым "застолбить" очередное название для происходящих глобальных перемен. Был уже и "постмодернизм", и "постпостмодернизм", а в антитезу - "протеизм", сторонники коего утверждали (вслед за Эпштейном, если не ошибаюсь), что на смену движения "пост-" приходит движение "прото-", где мы не знаем, что за цивилизацию породили и куда она катится, и т.п. Да и с работами метамодернистов, признаюсь, не очень знаком. Иногда почитываю интернет-журнал "METAMODERN" http://metamodernizm.ru/ - как говорится, для общего развития. Но не более того.

Однако вместе с тем метамодернизм основывается на определённой онтологии (пусть сами они относятся к онтологии неоднозначно), и это мне уже ближе. Тем паче, что даже один из его основоположников, Робин ван ден Аккер, утверждает: "После Фуко мы не можем больше говорить об онтологии. Но если мы попробуем немного расширить это понятие, то получится следующее: "основание вещей, то, что определяет, суть". В метамодернизме данный определяющий элемент или основа – это осцилляция" http://metamodernizm.ru/robin-van-den-akker/.

Но вот что странно: нигде у них не встречал (быть может, пропустил?) указание на главного предтечу в понимании таковой "осцилляции". В лучшем случае ссылаются на Кьеркегора, а затем поминается Эрик Фёгелин с его концепцией "бытия между" (от платоновской и филоновской метаксии, metaxy). Но у Фёгелина в этом понятии прежде всего заложено представление о человеческом существовании как сфере напряжения между полюсами земного и Божественного. И в этом смысле одновременно с ним (и даже раньше) аналогично понятие metaxy использовали русские философы - в частности, Сергий Булгаков и Василий Зеньковский.

Метамодернисты толкуют его несколько иначе: как колебание между двумя противоположными понятиями, обеспечивающее одновременность их использования (Тимотеус Вермюлен, Робин ван дер Аккер "Заметки о метадомернизме", а также Люк Тёрнер "Метамодернизм: краткое введение"). И странным образом получается, что вовсю используют философию Фихте - быть может, сами того не ведая.

Дело в том, что в философии как-то больше в ходу диалектика Гегеля, где от изначального тезиса осуществляется переход к антитезису, который и основан на тезисе, и противоположен ему, а далее противоположность "снимается" синтезисом, и это "снятие" возможно именно потому, что тезис и антитезис суть "свои" противоположности, внутренне-генетически связанные двуг с другом, а синтезис собержит их в себе, как снятые моменты.

Такому пониманию исторически предшествовал антитетияеский метод Фихте. Там тоже триада "тезис - антитезис - синтезис", но вместе с тем есть и существенное отличие. По Фихте, подлинный антитезис генетически (онтологически) никак не связан с тезисом - он выступает как полная ему противоположность, как такое же фундаментальное основоположение, что и сам тезим, а синтезис в таком случае есть одновременное схватывание обоих полюсов этой полной противоположность посредством перманентного колебения (осцилляции) между ними.

Именно таков механизм продуктивного воображения абсолютного Я: только в постоянном, ежемгновенном переходе от одной противоположности к другой и обратно, только в пределе этого беспрестанного процесса колебания между тезисом и антитезисом возможен и осуществляется синтезис. То есть, наиболее фундаментальное онтологическое (и методологическое) "новшество" метамодернизма на поверку оказывается хорошо забытым добрым старым фихтеанством. Что, возможно, только добавило бы философской весомости метамодернизму, если бы сами метамодернисты эту свою преемственность от Фихте осознали.

Ну, а в целом, если брать соответствующие этапы, вполне можно сказать, что глобальная социальная система развивается по ступеням: реализм - модернизм - постмодернизм - метамодернизм. Хотя, с другой стороны, не меньше оснований считать, что не метамодернизм ныне на дворе, а всё же пост-постмодерн как метаморфоза просто постмодернизма. И не осцилляция ему основой, а то, что всё чаще лукаво называют "постправдой". Ведь онтологически никакой осцилляции между истиной ("естиной") и ложью нет и быть не может, ибо действительна лишь первая, а вторая представляет собой фиктивный полюс. Соответственно "постправда" (или "пост-истина") на поверку оказывается всё той же постмодернистской формулой: истины нет, есть лишь мнения - только с ещё дольшим упором на "относительность" истины и лжи, на полной абсолютизации этой относительности.

Исподволь внедряется новая (доселе небывалая) "аксиома" модальной логики: если нечто возможно, то оно действительно. Отсюда знаменитое "хайли лайкли", прославившееся с лёгкой руки Мэй. Превращение такого "аргумента" из просто "убедительного" в "доказательный" не случайно и происходит уже сравнительно давно, только до сей поры - в других сферах. Наиболее типичный пример тому - почти всеобщая вера в существование инопланетян: на том основании, что Вселенная очень большая, с множеством планет земного типа, а потому весьма вероятно, что где-то на них тоже зародилась и существует разумная жизнь.

Разница лишь в том, что из сфепы фантастики подобное "хайли лайкли" теперь перемещается в сферу глобальной политики. Некоторые видят в этом признаки грядущего крушения системы глобального неолиберализма. Но, на мой взгляд, вряд ли эта глобальная система рушится. Система всего лишь переформатируется. Было бы хорошо, если бы у неё существовал некий центр (пусть даже типа какого-то закулисного "мирового правительства" или чего-то подобного). Тогда она могла бы его лишиться, уступив место принципиально новому образованию. Однако в действительности это распределённая система: центр в ней везде и нигде. Преобразуется тип кластеризации, появляются новые векторы силы, меняется корреляция между векторами, идут мощные тектонические сдвиги, но в рамках самой системы.

Это понимает Путин, это понимает Трамп, это понимает Си Цзиньпин, это понимает даже Меркель, хотя и цепляется за мультикультурализм и прочие стандартные неолиберальные "ценности". Заодно на Западе очень сильны те, кому переформатирование не нужно, им было комфортно в старой конфигурации. Они готовы были бы законсервировать прежнее положение дел даже ценой нового раскола мира на две половины: "свободный мир" и "изгои" (или "цивилизация" и "вата", если использовать терминологию, увековеченную в романах Пелевина). Наиболее остро (вплоть до абсурда) столкновение таких сил ныне проявляется в США.

Но в любом случае всё это - отнюдь не разрушение глобальной системы неолиберализма. К сожалению, реальной альтернативы ей, как социальной системе, нет и в обозримой перспективе не просматривается. Просто Фукуяма крупно ошибся, а вместе с ним и весь Запад. Провозгласили "конец истории", а она взяла, да не закончилась на той ступени, на которой показалась окончательно универсальной четверть века назад. При этом, конечно, распределённость системы не означает отсутствие иерархичности - современное переформатирование как раз касается, в том числе, перемены в иерархичности (с ещё большим её ужесточением и вместе с тем с ещё большей её гибкостью).

Плюсом данной системы является и её мнимая независимость от какой-либо идеологии. Именно что мнимая. Ибо в действительности неолиберализм - это завершённая идеология, в которой идеальные символические структуры почти непосредственно совпадают с материальными символическими структурами. Отсюда столь велико в нём значение понятия "ценностей". Причём, притягательных до самоочевидности. Все согласятся, что лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным - а это и есть центральная идеологема неолиберализма. Правда, под здоровьем понимается лишь физическое (включая психологическое) состояние, духовное как бы заведемо выносится за скобки - но ведь на обыденном уровне большинство людей так здоровье и воспринимают. Здоровье - ценность, культура - ценность, творчество - ценность, демократия - ценность, права человека - ценность...

И всё имеет свою цену, вполне выразимую в ценности ценностей, в деньгах. В социальной системе, где главным стимулом и единственной реальной основой экономического развития является "самовозрастание" денег, понятия ценности и цены в конечном счёте совпадают. Столь же неизбежно совпадают, сколь неизбежно экономику движет именно этот механизм. И чем сложнее технологически становится общество, тем больше этот денежный механизм играет свою роль, ибо в социальном плане никакой другой заменить его не может. Да вообще-то никакого другого и нет.

Поэтому пока не появится что-то взамен, рождённое самой жизнью (прежде всего самой экономикой), неолиберализму гарантировано существование. В той или иной форме, под тем или иным названием, но гарантировано, увы. Неолиберализм не то, что любой протест против него обращать в часть себя, а сам же и порождает протесты против себя, чтобы совершенствоваться дальше, становиться всё более изощрённым. Не случайно антиглобалисты, "консерваторы" и иже с ними так или иначе тоже апеллируют к неким "ценностям" - т.е. в этом фундаментальном отношении стоят на позициях всё того же неолиберализма, против которого, казалось бы, категорически выступают.

Так что в социальном плане альтернатив неолиберализму, как глобальной системе, не видно. В плане духовном альтернатива, конечно же, есть. И она даже гораздо старше, чем сам неолиберализм. Но как таковая - "не от мира сего", потому и универсальна в личностном измерении, а не в глобальном. Быть может, этой духовной альтернативе каким-то образом сможет помочь и метамодернизм. Тем более, что а нём есть религиозное, и даже христианское, направление. Вот такие соображения.

Аватар пользователя Андреев

Интересное наблюдение, Юрий:

 "...По Фихте, подлинный антитезис генетически (онтологически) никак не связан с тезисом - он выступает как полная ему противоположность, как такое же фундаментальное основоположение, что и сам тезим, а синтезис в таком случае есть одновременное схватывание обоих полюсов этой полной противоположность посредством перманентного колебения (осцилляции) между ними. Именно таков механизм продуктивного воображения абсолютного Я: только в постоянном, ежемгновенном переходе от одной противоположности к другой и обратно, только в пределе этого беспрестанного процесса колебания между тезисом и антитезисом возможен и осуществляется синтезис. 

Если вы помните, в своем учебном эссе о Сократе я высказался тоже в подобном духе про буриданова осла:

"Сократ очень хорошо понимал диалектику - искусство постижения противоположных мнений - и противоречивость, а еще точнее непостижимость и невыразимость истины. Именно поэтому основым методом у него был диалог. И хотя он вошел в историю философии ярче чем другие, но он не оставил после себя ни одного трактата, ни одного положительного ситематизированного изложения системы. 

Все его диалоги не заканчиваются утверждением. Даже там, где он приближается к истине, в последний момент он передает свою "истину" в руки оппоненту и начинает ее опровергать. Почему? Потому что истина для него не в словесной формулировке, а в особом состоянии разума. В исступлении, в божественной одержимости, которая возникает тогда, когда рассудок, как буриданов осел умирает от невозможности выбрать одно из мнений. 

В этот момент рождается "софросин" - цельно-мудрие, разум, приобщающийся к истине через ФЕОРЕЮ - ума-зрение. Это для Сократа есть Истина - не сухой плод рассуждений, а живой новорожденный цельный разум, "софросин". Именно, поэтому он называет свой метод "духовное акушерство" - маевтика."

И я согласен, что это все пустая ярмарка погони за новым термином. Не важно как, оно называется. Но важно, что эпоха деконструктивизма, постмодернизма, тотального нигилизма и плюрализма, наконец устала от своей иронии, вечного стеба, кривой саркастической усмешки и, одновременно, от горечи духовного банкротства.

Рождается познание собственного незнания, томление духовной жажды. И это хорошо. И хорошо, что вновь говорящие о метафизике уже будут это делать без надрыва и фанатической страсти, а в метамодернистской манере осцилляции, полуиронии, но и полусерьеза. А там, где появится полусерьез в отношении реальности идеальной природы, реальности духа, его самостоятельной субстанциональности, там недалеко и до серьезного богоискательства, возрождения интереса к русской религиозной философии и настоящей православно-философской духовной практики...

Ну, размечтался :)) (Вот он метамодернистский смайлик).

Аватар пользователя Андреев

Юрий Дмитриев, 1 Августа, 2018 - 16:03

Исподволь внедряется новая (доселе небывалая) "аксиома" модальной логики: если нечто возможно, то оно действительно. Отсюда знаменитое "хайли лайкли", прославившееся с лёгкой руки Мэй. Превращение такого "аргумента" из просто "убедительного" в "доказательный" не случайно и происходит уже сравнительно давно, только до сей поры - в других сферах. 

Да, но с другой стороны, это как раз типичный пример пост-модернизма в политике. Много такого дерьма в американской юриспруденции, где защита невиновности ложится на плечи обвиненного (зачастую с явно корыстными целями). Но поскольку все имеют право на все точки зрения, то, когда пострадавший от клеветы "ответчик" отобьется наконец от лже-истца, то последний со своими "защитниками закона" спокойно удаляется восвояси, в полной уверенности своей безнаказанности. И поведение в таком духе становится нормой не только во внутренней, но и во внешней политике. А "пипл хавает" и берет на вооружение. Но когда им навстречу, в духе чистого метамодернизма, отвечают несимметрично-симметричным жестом, то они начают голосить и кудахтать: "Где закон? Нету мол!" - но поздно " одеяло убежало, улетела простыня". Или есть закон, логика и общая для всех истина, или постмодернизм, так постмодернизм, где "ни церковь, ни какбак, ничего не свято" и "каждый правый имеет право на то, что слева и то, что справа". Остапа понесло на цитаты. Прошу прощенья.

Было бы хорошо, если бы у неё существовал некий центр (пусть даже типа какого-то закулисного "мирового правительства" или чего-то подобного). Тогда она могла бы его лишиться, уступив место принципиально новому образованию. Однако в действительности это распределённая система: центр в ней везде и нигде.

Вот такая система и есть признак пост-модернистской "ризомы". Не корень и ствол, не сингулярный субьект, а сетевая формация, как многоклеточная гидра. Но ее слабость именно в этом. Она либо должна признать себя не субьектом, и тогда любой субьект может оказаться в нее втянутым, либо она не в силах отказаться от своей "исключительности" и особененности", и тогда она утрачивает преимущества этой "ризомности". 

При этом, конечно, распределённость системы не означает отсутствие иерархичности - современное переформатирование как раз касается, в том числе, перемены в иерархичности (с ещё большим её ужесточением и вместе с тем с ещё большей её гибкостью).

А если не утрачена иерархичность, "не завалена вертикаль" по Делезу, то и пост-модернизм - половинчатый, а значит и не полноценный. "Все вертикали мы разрушим, до основанья, а затем, мы наш, единый доллар всучим всем, кто был всем, а стал ничем!". То же и с американской "исключительностью": или пост-модернизм, исключающий любую исключительность и абсолютность, либо исключительность и сингулярность, но тогда - признание единой истины, логики, единого закона для всех без исключения. Интересная получается картинка-перевертыш. Куда ни кинь, везде клин исключительности. Вот они вместо выбора и осциллируют между. И вместо настоящего метамодернизма с новой искренностью и возрождением метафизики на научной основе, интеллектуальная элита будет подбирать социологически-культурологическое оправдание углубления и усугубления шизофрении западного общества.

Быть может, этой духовной альтернативе каким-то образом сможет помочь и метамодернизм. Тем более, что а нём есть религиозное, и даже христианское, направление.

Я тоже в нем это просматриваю, и хотел, чтобы в нем появились настоящие глубокие мыслители. Почва для них удобная. Будем следить за новыми именами. Если узрите, дайте знать. 

Аватар пользователя Андреев

ПЕРЕПОСТ ДМИТРИЕВ:

Аватар пользователя Юрий Дмитриев

Юрий Дмитриев, 6 Августа, 2018 - 6:36

По моему разумению, в эссе о Сократе у Вас глубоко раскрыта эта мысль. Действительно, "истина для него не в словесной формулировке, а в особом состоянии разума. В исступлении, в божественной одержимости, которая возникает тогда, когда рассудок, как буриданов осел умирает от невозможности выбрать одно из мнений. В этот момент рождается "софросин" - цельно-мудрие, разум, приобщающийся к истине через ФЕОРЕЮ - ума-зрение".

Тем интересней сопоставить это с соответствующими фихтеанскими положениями, ибо и за методом Сократа (а им был предвосхищён не только диалектический метод, в смысле Гегеля, но и антитетический, в смысле Фихте, хотя, по сути, оба метода - разные грани одного и того же) кроется определённое понимание онтологии.

И здесь образ буриданова осла хорошо подходит. Известная судьба постигает его не потому, что он глупый осёл, а потому что реально оказался в непосильной ситуации. То есть, исходным является реальное наличие противоположных направлений, которые одновременно недостижимы, можно только выбрать одну из них. Но парадоксальным образом прежде, чем сделать выбор, "осёл" уже должен как-то сочетать обе эти противоположности в своём восприятии, обе противоположные возможности для него уже должны быть равно реальными.

Иными словами, даже на своём уровне он как-то уже объединяет эти противоположности - воедино и одновременно, пусть сам этого вовсе не сознаёт. У Фихте этот механизм раскрывается детально: он осуществляется на уровне абсолютного "Я" (как "взаимосмена Я и не-Я") и для эмпирического "я" имеет как бы бессознательный характер. А осуществляет его непосредственно продуктивная сила воображения (produktiven Einbildungskraft), где "смена Я - это способность воображения, которая парит в середине между конечным и бесконечным.

Для нас вся реальность возникает благодаря воображению" ("der Wechsel des Ichs, dass es sich endlich und unendlich zugleich setzt, ist das Vermoegen der Einbildungskraft, welche zwischen Endlichem und Unendlichem in der Mitte schwebt. Fuer uns entsteht alle Realitaet durch die Einbildungskraft"). Здесь созерцание (das Anschauen) есть парение между противоположными направлениями (ein Schweben der Einbildungskraft zwischen widerstreitenden Richtungen) и первоначально фиксируется, "останавливается" рассудком (Verstand), в результате чего только устанавливается реальность, идеальное становится реальным (womit erst Realitaet gesetzt ist, das Ideale zum Realen wird).

Как и вообще у немецких философов, у Фихте в подобных рассуждениях строится на "игре слов" (не на игре словами, а именно на тех смысловых корреляциях, которые играют всеми своими гранями в этимологической внутренней форме слов). Так, слово "рассудок" (Verstand) производно от Stand - стояние (откуда и слово "стенд"), а "разум" (Vernunft) - от глагола vernehmen (внимать, воспринимать, вбирать), которое от nehmen (брать, взять). Поэтому рассудок есть рассудок есть "остановленная", "фиксированная разумом сила воображения" ("durch Vernunft fixierte Einbildungskraft") - он не чудж разума, но только самая первая ступень его. Зато собственно разум (Vernunft), возвышающийся нат рассудком (Verstand), способен "вбирать" собой и в себя обе противоположности, "остановленные" и "зафиксированные" рассудком в их несовместимой раздельности - вбирать тем, что тоже как бы "парит" над противоположностями, "осциллирует" между ними, и тем самым способен "умозрительно" видеть обе в их недостижимой рассудку целостности.

Однако уже не на бессознательном уровне, как при продуктивной силе воображения и первоначальном созерцании, а вполне сознательно и даже сверх-сознательно, цело-мудренно. У Сократа (а затем у Платона) всё это выражалось, конечно, в несколько иных категориях, но применительно к вопросу о метамодернизме (и о его трактовке самими метамодернистами как производного от античной metaxy, метаксии как "между") существенно, на мой взгляд, учесть также платоновское понятия метексиса (methexis) как "участия в целом".

Соответственно, уже отталкиваясь от античной философской традиции, и через немецкую философскую классику (не зря ведь предтеча западного метамодернизма Эрик Фёгелин тоже был представителем немецкой философии), возможны разные трактовки метамодернизма - вплоть до противоположных.

И если использовать именно этот термин для обозначения процессов преодоления постмодернизма, то вырисовывается два существенно разных вектора таковых процессов: метамодернизм-метаксия и метамодернизм-метексис (условно говоря). 

Аватар пользователя Андреев

Юрий, спасибо за интереснейшую игру слов и мыслей, подобную "игре в бисер"! 

«Иными словами, даже на своём уровне он как-то уже объединяет эти противоположности - воедино и одновременно, пусть сам этого вовсе не сознаёт.»

Вот это стремление непосредственно узреть незримое и обьять необьятное, воссоединить несоединимое - ведет к «расфокусировке» сознания, наподобие тому, как зрение расфокусируется при рассмотрении картинок «Магическое око». Там глаз из двухмерного хаоса линий «проваливается» в трехмерный обьем и видит реально то, чего другие не видят, и то, что он сам не видел еще мгновение назад. А при расфокусирвке рассудка открывается «око разума», которое тоже зрит новое измерение и в нем - реальность идеального бытия: из совокупности треугольных предметов – идеальный треугольник, из совокупности падающих предметов – закон гравитации.

"Смена Я - это способность воображения, которая парит в середине между конечным и бесконечным...»

Колебание (осцилляция) между конечным и бесконечным пророждает Мета-сознание (между-сознание), которое не там и не здесь и одновременно и там и здесь. Это и есть интуиция метамодерна. Как мне кажется.

«Как и вообще у немецких философов, у Фихте в подобных рассуждениях строится на "игре слов"...»

Эта «игра слов», возможность видеть их раздвоенное значение – и есть ключ к сознанию метамодерна, которое уже родилось в деконструктивизме Дерриды, языке Хайдеггера, «игре слов» Витгенштейна. Через раздвоение и растроение значений рассудок добирается до смысла понятий, сокрытых за словами, прозревает невидимое, сокрытое, обнажая его, превращая "изреченную ложь" в истину-Алетейю.

«Зато собственно разум (Vernunft), возвышающийся нат рассудком (Verstand), способен "вбирать" собой и в себя обе противоположности, "остановленные" и "зафиксированные" рассудком в их несовместимой раздельности - вбирать тем, что тоже как бы "парит" над противоположностями, "осциллирует" между ними, и тем самым способен "умозрительно" видеть обе в их недостижимой рассудку целостности.

Однако уже не на бессознательном уровне, как при продуктивной силе воображения и первоначальном созерцании, а вполне сознательно и даже сверх-сознательно, цело-мудренно. У Сократа (а затем у Платона) всё это выражалось, конечно, в несколько иных категориях, но применительно к вопросу о метамодернизме (и о его трактовке самими метамодернистами как производного от античной metaxy, метаксии как "между") существенно, на мой взгляд, учесть также платоновское понятия метексиса (methexis) как "участия в целом".»

Вот! Именно так! Разум вбирает (Vernunft), впитывает и интегрирует (интер-легере) то, что рассудок видит как застывшие (Verstand) и несовместимые противоположности, и вбирая, соединяет сам себя, левое и право-полушарное мышление, логическое и образное, - и благодаря этому получает возможность Meth-axis'a - При-частия к Целому.

Аватар пользователя Андреев

ПЕРЕПОСТ ДМИТРИЕВ:

Аватар пользователя Юрий Дмитриев

Юрий Дмитриев, 11 Августа, 2018 - 6:51

Хорошая аналогия насчёт "расфокусировки сознания", которая "наподобие тому, как зрение расфокусируется при рассмотрении картинок «Магическое око»." Тем более, что способ тому весьма прост, как ещё в детстве мне это пришло в голову. Стереоэффект возникает, если смотреть как бы "сквозь" картинку (точнее, через две одинаковые, лежащие рядом - первоначальный опыт был таким), куда-то вдаль, пока в ближайшем поле зрения картинки не совместятся. 

По тому же принципу строится и восприятие современных "магических", где в хаотических, на обыденный взгляд, узорах плоскости кроется и футболист, "чеканящий" коленкой мяч https://cdn.fishki.net/upload/post/201506/29/1580193/0_11cdd4_ea9d09d8_orig.jpg, и очертания материков, парящих над лоскутным пространством флагов https://cdn.fishki.net/upload/post/201506/29/1580193/0_11cdd5_accf9c69_orig.jpg, и формула Эйнштейна https://cdn.fishki.net/upload/post/201506/29/1580193/0_11cdd8_b98da38c_orig.jpg, и прочее в том же роде. Хотя можно сказать не о "расфокусировке", а о фокусировке на бесконечно удалённой точке (в смысле проективного пространства)

Это одно и то же, только "расфокусировка" - с позиций рассудка, фокусирующего внимание на конечном, а "фокусировка на бесконечно удалённой точки" - с позиций разума, внимающего конечное посредством бесконечности. И тогда, действительно, "при расфокусировке рассудка открывается «око разума», которое тоже зрит новое измерение и в нем - реальность идеального бытия: из совокупности треугольных предметов – идеальный треугольник, из совокупности падающих предметов – закон гравитации". Но при этом в новом открывающемся измерении тоже фиксируется определённость как нечто "конечное", без чего восприятие было бы невозможно. 

И, говоря Вашими словами, вот такое "колебание (осцилляция) между конечным и бесконечным порождает Мета-сознание (между-сознание), которое не там и не здесь и одновременно и там и здесь. Это и есть интуиция метамодерна". При этом, по моему разумению, весь вопрос в том, что является бесконечно удалённой точкой: есть ли это метаксия (metaxy) между мирским (в онтологическом смысле) и Божественным или же она остаётся в мирском, пусть даже достигая в нём идеальных сфер? От этого зависит, какой обретается methexis, "участие в целом", ибо разные типы метаксии определяют разные типы метексиса.