Уважаемые коллеги, гости, друзья!
Человек рождается от человека, т.е. природу свою во всей её полноте каждый из нас получает от родителей — это значит, что мы зачинаемся уже людьми, состоящими из духа, жизни и тела — сначала неразвитых, но именно человеческих.
Простец: <…> умом (mens) является то, от чего возникает граница и мера (mensura) всех вещей. Я полагаю, стало быть, что его называют mens – от mensurare (измерять, полагать меру).
Философ: А не считаешь ли ты, что ум – одно, а душа – другое?
Что такое «добро» и «зло»? С одной стороны, это то, что устарело в трактовке – что-то архаичное, мифическое, несовременное. С другой стороны, это то, что устареть не может, а потому им вовсю пользуются те, от кого логично ждать куда более очевидных слов… но они, не боясь, что их не поймут, упорно вещают: терроризм – зло, убийство животных – зло, семейные измены – зло. Все это и другое, объявленное злом, не уменьшается, но возрастает, а вместе множится активность глашатаев добра. Мир давно привык к этому всему: гладкие речи трибунов, острый дефицит добра, колкий лед статистики злодеяний. С добродетелями – хуже, и обстоятельство это куда больше смущает мир. Ибо правила зла, осужденные привселюдно, исполняются, а законы добра, возведенные в национальное благо – нет. Ибо даже нации, принимающие это благо всерьез, не могут понять: демократия – это что? Независимость, свобода – что это? ИВесли это добро, с которым согласны все, то почему повсеместно зло? Почему демократия истребляет народы, независимость издевается над людьми, свобода – несет миру те самые терроризм, измены и насилие, от которых тщилась его уберечь? И если это зло, если демократия, свобода и независимость превращаются в противоположность себе, то не сошел ли мир с ума? С ума сходят тогда, когда не дают ему пищу подобно тому, как умирают от недостатка еды. Не выходя за пределы этой первой страницы, можно с убедительностью доказать, что все объявленное злом, есть добро, а все нареченное добром – зло. И таким образом сделать эту же страницу последней. В таком случае это была бы последняя страница в истории человечества. Символически, конечно. Думаю, даже это ему ни к чему, а потому начнем мы не с этого и закончим, как тоже хочется верить, не этим.
