// Энциклопедия философских наук. Т. 1. М., «Мысль». 1975.
Вещи вообще обладают пребывающей, внутренней природой и внешним наличным бытием. Они живут и умирают, возникают и исчезают, род же есть из существенность, их всеобщность, и его не надо понимать только как нечто общее всем его индивидуумам. (с. 122)
Внутренне завершенная онтологическая единичность.
Синтез формы и материи.

« когда Плотин учит о том, что всё состоит из идеи меона (материи), то под идеей он ничего иного не может понимать, как ОТВЛЕЧЁННЫЙ (выделено мной. А.) смысл той или иной тварной вещи; идея противополагается у него меону, и из соединения их получается живая душа предмета или существа. Когда же православная философия хочет проанализировать понятие живого существа, то в таком существе, или предмете, она находит не синтез [чистой] идеи и меона, но синтез цельной энергии, в которой есть и своя идея и свой меон, с другим меоном. Ведь та энергия, которая создаёт вещи, есть, по православному учению, Сам Бог, а мы уже сказали, что в Боге своя законченная диалектика: тут есть и некое разделение (след., меон, «иное»), и соединение (след., идея), и всеохватывающее единство. И эта божественная диалектика, хотя и требует понятий раздельности и меона, не имеет и тени тварного разделения и тварного времени. Тут-то вот и даёт себя знать христианская антиномия Творца и твари. И цельная Божественная энергия, живая идея, трепещущая и огненная Вечность противостоит тёмному меону» («Имяславие и платонизм» VII).



