Фуко. Возникновение шизоидного Тела

Аватар пользователя Дмитрий Косой
Систематизация и связи
Философская антропология

Надо учесть что половое Тела как внутреннее не могло возникнуть до 15-16 века, равного партнёра не было в семье, семьи имели родовое и хозяйственное назначение только, что имеется и сейчас в исламском мире. Поэтому шизоидное Тела, как бесполое не сепарированное от полового, не могло и возникнуть до этого.

- Но если в воображении европейца плавание дураков связывается со столькими мотивами, восходящими к незапамятным временам, то почему тогда эта тема так внезапно оформляется в литературе и в иконографии именно к XV в.? Почему вдруг возникают очертания Корабля дураков, а его дурацкая команда начинает назойливо вторгаться даже в привычнейшие картины жизни? Почему от древнего союза воды и безумия, в один прекрасный день — не раньше и не позже — появилось на свет подобное судно?
Потому, что оно символизирует собой ту тревогу и беспокойство, которые внезапно охватывают европейскую культуру в конце Средних веков. Безумие и безумец становятся важнейшими персонажами этой культуры — во всей своей двойственности: они несут в себе и угрозу, и насмешку, и головокружительную бессмыслицу мира, и смехотворное ничтожество человека.
Прежде всего, возникает целая литература сказок и моралите. Корнями своими она, по-видимому, уходит в далекое прошлое. Однако к концу Средних веков она захватывает все новые и новые пространства: теперь это длинная вереница “дурачеств”, где пороки и недостатки по-прежнему клеймятся, но возводятся уже к иному истоку — не к гордыне, не к недостатку милосердия, не к забвению христианских добродетелей, как было встарь, а к какому-то великому мировому неразумию, в котором, строго говоря, никто не повинен, но которое втайне влечет к себе всех и всех увлекает за собой. Разоблачение безумия становится общепринятой формой критики. В фарсах и соти все более важное место занимает персонаж Безумца, Простака или Дурака. Отныне это не просто забавная, привычная в своей маргинальности фигура; он — хранитель истины, его место в самом центре театральной сцены, а роль обратна роли безумия в сказках и сатирах, но дополняет ее. Если Глупость ввергает каждого в какое-то ослепление, когда человек теряет себя, то Дурак, напротив, возвращает его к правде о себе самом; в комедии, где все обманывают друг друга и водят за нос сами себя, он являет собой комедию в квадрате, обманутый обман; на своем дурацком, якобы бессмысленном языке он ведет разумные речи, комичные, но становящиеся развязкой комедии: влюбленным он объясняет, что такое любовь, юношам — в чем правда жизни, гордецам, нахалам и обманщикам — как они в действительности ничтожны. Даже старинные праздники дураков, которые были в такой чести во Фландрии и в Северной Европе, теперь переносятся на подмостки, а вся стихийная пародия на религию оформляется в социальную и моральную критику.
Глупость вершит свое дело и в ученой литературе, возникая из самой сердцевины разума и истины. Именно она, погрузив всех без разбору на свой полоумный корабль, обрекает людей на совместную одиссею (“Blauwe Schute” Ван Устворена, “Narrenschiff” Бранта);
именно ее, злокозненную повелительницу, заклинает Мурнер в своем “Narrenbeschworung”; именно она действует заодно с Любовью в сатире Корроза “Против Безумной Любви” — и пререкается с нею, выясняя, кто из них двоих старше и главнее, которая из них вызывает к жизни другую и влечет за собой, куда захочет, как в диалоге Луизы Лабе “Спор глупости с любовью”. У Глупости есть и свои академические забавы: она становится предметом ученых речей, произносит их сама и о самой себе; ее разоблачают, она защищается, требует признать, что ближе стоит к счастью и истине, чем разум, ближе к разуму, чем сам разум; Вимпфелинг пишет свою “Monopolium Philosophorum”, а Юдок Галл — “Monopolium et societas, vulgo des Lichtschiffs”. Наконец, среди этих серьезных забав появляются великие тексты гуманистов — Флейдера и Эразма. В виду этих бесконечных словопрений, этих неутомимых состязаний в диалектике, в виду этого возобновляющегося вновь и вновь обмена речами, выстраивается длинная череда зрительных образов — от “Операции Глупости” и “Корабля дураков” Иеронима Босха до “Dulle Grete” Брейгеля; а гравюра запечатлевает сплетение мотивов Праздника Дураков и Танца Дураков, которое прежде было уделом театра и литературы. Воистину начиная с XV в. лик безумия поражал воображение европейца.
Последовательность дат говорит сама за себя: изображение Пляски Мертвецов на кладбище Невинноубиенных младенцев относится, по-видимому, к самому началу XV в.; та же Пляска в Шез-Дьё создана около 1460 г.; а в 1485 г. Гюйо Маршан выпускает в свет свою “Пляску смерти”. Бесспорно, все эти шестьдесят лет прошли под знаком образа ухмыляющейся смерти. В 1492 г. Брант пишет “Narrenschiff”, который пятью годами позже будет переведен на латынь. В последние годы XV столетия Иероним Босх создает свой “Корабль дураков”. В 1509 г. появляется “Похвала Глупости”. Очередность ясна.
До второй половины XV в., и даже несколько позже, над всем господствует тема смерти. Конец отдельного человека и конец истории принимают облик войн и эпидемий чумы. Над человеческим бытием тяготеет предначертанный свыше предел, который никому не дано перейти. Мир заключает в себе скрытую угрозу — и угроза эта бесплотна. Но вот на исходе столетия всеобщая тревога вдруг резко меняет свою направленность: на смену смерти с ее серьезностью приходит насмешница-глупость. Открыв ту роковую неизбежность, с которой человек обращается в ничто, западный мир перешел к презрительному созерцанию того ничтожества, какое представляет собой само существование человека. Ужас перед последней чертой — смертью затаился в глубине неиссякаемой иронии; теперь он обезоружен заранее; он сам становится смешным, приобретая повседневные, ручные формы, повторяясь в каждый миг житейского спектакля, распыляясь в пороки, причуды и потешные черточки каждого человека. Небытие в смерти отныне — ничто, потому что смерть уже всюду, потому что сама жизнь была всего лишь тщеславным самообманом, суесловием, бряцаньем шутовских колокольчиков и погремушек. Голова превратится в череп, но пуста она уже сейчас. Безумие, глупость — это присутствие смерти здесь и теперь. Но в то же время это присутствие смерти побежденной, укрывшейся во всех тех будничных приметах, которые и возвещают о наступлении ее царства, и свидетельствуют, что поживиться-то ей будет нечем. Смерть срывает маску, но под маской и не было ничего другого; достаточно приподнять нечто — не истину, не красоту, а всего только гипсовую личину, пестрые лохмотья, — и откроется оскал скелета. У суетной маски та же улыбка, что и у мертвеца. Но в смехе безумца есть одна особенность: он уже заранее смеется смехом смерти; умалишенный, предрекая смертельный мрак, уже обезоружил его. В эпоху зрелого Возрождения вопли “Безумной Марго” торжествуют над “Торжеством смерти”, воспетым в конце Средних веков на стенах Кампо-Санто.
Подмена темы смерти темой безумия не означает, что с прежней тревогой покончено; скорее, тревога эта обретает новые черты. Человеческое существование по-прежнему ничтожно, однако его ничтожество больше не воспринимается как внешний конечный предел, угрожающий и итожащий одновременно; теперь оно испытывается изнутри, как постоянная и неизменная форма существования. Прежде безумие людей заключалось в том, что они не замечали приближения последнего, смертного часа, прежде их следовало призвать к мудрости, показав им смерть, — теперь же мудрость будет разоблачать безумие везде и всюду, растолковывать людям, что они уже, в сущности, мертвецы и что смертный час близок именно постольку, поскольку безумие, охватившее всех, способно слиться со смертью в единое, неразделимое целое. Именно об этом — пророчество Эсташа Дешана:
А ныне [мир] мерзок, вял и хмур, Дряхл, алчен стал и злоречив:
Зрю лишь одних глупцов и дур, Конец уж близок, так и есть… Все вкривь да вкось…
Теперь элементы поменялись местами. Уже не конец времен, не конец света задним числом явит людям, что они были безумны, ибо нисколько об этом конце не тревожились; но именно нарастающее безумие, его незримое нашествие служит признаком того, что мир приближается к конечной катастрофе; и призывает ее, делает ее необходимой как раз людское помешательство.
Безумие и небытие переплелись в XV в. так тесно, что их связь сохранится надолго: мы обнаружим ее и в сердцевине опыта безумия, который возникает в классическую эпоху.
Все формы, какие принимает этот опыт помешательства, — и пластические, и литературные — внешне предельно когерентны. Живописное изображение и текст постоянно отсылают друг к другу, выступая то комментарием, то иллюстрацией. Одна и та же тема, все тот же Narrentanz встречается нам снова и снова — и в народных празднествах, и в театральных представлениях, и на гравюрах; а последняя часть “Похвалы Глупости” целиком строится по образцу длинного шествия дураков, где все ремесла, все сословия, проходя перед нами в свой черед, вовлекаются в великий хоровод неразумия. Не исключено, что большая часть фантастической фауны, заполняющей собой все полотно лиссабонского “Искушения”, заимствована из традиционных масок; некоторые фигуры, возможно, перешли туда из “Malleus”. А что такое знаменитый “Корабль дураков”, если не прямой перевод на язык живописи “Narrenschiff” Бранта? Картина, носящая название этой книги, во всех деталях иллюстрирует ее XXVII песнь, где также клеймятся позором potatores et edaces. Высказывалось даже предположение, что она входила в целый цикл полотен-иллюстраций к основным песням Брантовой поэмы.
И однако не следует обольщаться внешне строгой преемственностью мотивов и предполагать нечто большее, чем то, что поведано самой историей. Вполне вероятно, что такого исследования, какое провел Эмиль Маль для предшествующих эпох, особенно в отношении темы смерти, в нашем случае выполнить не удастся. Прекрасное единство слова и образа, того, что изображено средствами языка и что высказано средствами живописи, начинает распадаться; в данную единицу времени они не обладают одним и тем же, общим для них значением. И пусть Образ все еще призван говорить, передавать собою нечто единосущное языку — нельзя не признать, что говорит он уже не вполне то же самое; и что живопись благодаря своим специфическим изобразительным смыслам погружается в некий новый опыт, который все больше и больше будет расходиться со сферой языка, — какой бы тождественной ни казалась их поверхностная тематика. Изображение и речь пока еще иллюстрируют одну и ту же басню о глупости в пределах одного и того же нравственного мира; но они уже разнонаправленны, и еле заметная трещинка между ними намечает ту главную линию раздела, которая станет определяющей для западноевропейского опыта безумия.
Появление безумия на горизонте ренессансной культуры сказывается прежде всего в распаде готической символики; мир готики с его завязанными в тугой узел духовными значениями начинает словно бы затуманиваться, и из этого тумана возникают фигуры, чей смысл нельзя воплотить иначе, нежели в различных видах помешательства. Какое-то время готические формы еще живут — но мало помалу они умолкают, перестают вещать, взывать и наставлять и, лишенные всякого возможного языка, но по-прежнему привычные для глаза, обнаруживают лишь присутствие своей фантастичности. Образ, отныне свободный, не подчиненный более мудрости и назиданию, попадает в гравитационное поле собственного безумия.
Как ни парадоксально, но причина этого освобождения образа — в разрастании его значения, в том самопроизвольном умножении смысла, благодаря которому между вещами сплетается столь плотная ткань многочисленных и запутанных отношений, что их уже невозможно расшифровать, не обладая эзотерическим знанием, а сами вещи, со своей стороны, настолько обременены атрибутами, признаками, аллюзиями, что в конечном счете теряют свой привычный облик.
http://modernlib.ru/…/istoriya_bezumiya_v_klassiche…/read_3/

Связанные материалы Тип
шизоидное Тела Дмитрий Косой Запись
Фуко. Образы шизоидного Тела Дмитрий Косой Запись
Фуко. Бегство шизоидного в рациональное Дмитрий Косой Запись
Фуко. Разумное шизоидного Тела Дмитрий Косой Запись
Президент Дмитрий Косой Запись
Путин и политика Дмитрий Косой Запись
холокост Дмитрий Косой Запись
глобализм и его мнимые критики Дмитрий Косой Запись
о едином Дмитрий Косой Запись
война и мир Дмитрий Косой Запись
современный либерализм Дмитрий Косой Запись
идеология бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
бесполое о женщине Дмитрий Косой Запись
принцип просвещения Дмитрий Косой Запись
о вечно бабьем в русской душе Дмитрий Косой Запись
происхождение дуализма и империи созидающей Дмитрий Косой Запись
дуализм и единое Дмитрий Косой Запись
вещи и единое Дмитрий Косой Запись
реакция на бесполое Тела, марксизм, фашизм Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела о суверене Дмитрий Косой Запись
кто победил Дмитрий Косой Запись
народ и Конституция Дмитрий Косой Запись
учёные и фашизм Дмитрий Косой Запись
политик Лимонов Дмитрий Косой Запись
политик Лимонов Дмитрий Косой Запись
Данте о едином Тела Дмитрий Косой Запись
экономические игры либерал-фашизма Дмитрий Косой Запись
компенсации шизоидного Тела Дмитрий Косой Запись
судьбы народов Дмитрий Косой Запись
основы фашизма Дмитрий Косой Запись
суверинитет Путина Дмитрий Косой Запись
война как призвание Дмитрий Косой Запись
на пустом месте Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Маркса Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Гегеля Дмитрий Косой Запись
христианство и плоть Дмитрий Косой Запись
психология и логика Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела по Беккету Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела по Беккету Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела и информация Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела об искусстве Дмитрий Косой Запись
российский депутат Дмитрий Косой Запись
российская прокуратура Дмитрий Косой Запись
Конфуций о женщине Дмитрий Косой Запись
гомофобия содома Дмитрий Косой Запись
толпа и марксизм Дмитрий Косой Запись
логика холуя чиновника Дмитрий Косой Запись
любовь женщины Дмитрий Косой Запись
диалог как представление Дмитрий Косой Запись
Тело и практики общения Дмитрий Косой Запись
безликий закон и право Дмитрий Косой Запись
лёд тронулся Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Ясперса Дмитрий Косой Запись
диалог о суверене и глобализме Дмитрий Косой Запись
фашизм и журналист Киселёв Дмитрий Косой Запись
половое, шизоидное и бесполое Дмитрий Косой Запись
Конфуций об управлении Дмитрий Косой Запись
наука и философия Дмитрий Косой Запись
любовь в объекте сопротивления. Дмитрий Косой Запись
половое Тела и наука Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и индивид Дмитрий Косой Запись
Фуко. Шизоидное Тела Дмитрий Косой Запись
Фуко как философ Дмитрий Косой Запись
Фуко. Истина как объект сопротивления Дмитрий Косой Запись
история России Дмитрий Косой Запись
диалектика как стремление к смерти Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела по Бодрийяру Дмитрий Косой Запись
Бодрийяр. Упразднение смерти Дмитрий Косой Запись
писатель и толпа Дмитрий Косой Запись
либерал и либерализм Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела о любви Дмитрий Косой Запись
миф о прибавочной стоимости Дмитрий Косой Запись
политический юмор Дмитрий Косой Запись
бесполое и познание Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела в миру Дмитрий Косой Запись
чиновник и фашизм Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и логика Дмитрий Косой Запись
понятие справедливости Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления по Чехову Дмитрий Косой Запись
истина как то, что есть Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления Ульянова Дмитрий Косой Запись
политэкономия либерал-фашизма Дмитрий Косой Запись
любовь Тела Дмитрий Косой Запись
Политик Дмитрий Косой Запись
Путин и кредиты Дмитрий Косой Запись
Путин и патриотизм Дмитрий Косой Запись
социальные технологии Дмитрий Косой Запись
женщина как бесполое Тела Дмитрий Косой Запись
чиновник и беззаконие Дмитрий Косой Запись
толпа и масса Дмитрий Косой Запись
логика толпы Дмитрий Косой Запись
фикция бытия Дмитрий Косой Запись
любовь как выбор Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела психолога Дмитрий Косой Запись
толпа по Михалкову Дмитрий Косой Запись
толпа и культура Дмитрий Косой Запись
чиновник и гражданин Дмитрий Косой Запись
знамение смерти Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и идеология Дмитрий Косой Запись
философия и наука. Дмитрий Косой Запись
существует ли политическое высказывание? Дмитрий Косой Запись
консерватизм как рабство бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела чиновника Дмитрий Косой Запись
суверен и война Дмитрий Косой Запись
российская философия Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и объект сопротивления Дмитрий Косой Запись
Фуко. Происхождение власти Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела нарцисса Дмитрий Косой Запись
мышление и абсолют Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и информация. Дмитрий Косой Запись
шизоидное толпы Дмитрий Косой Запись
ответственность Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления и влечение Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела в науке Дмитрий Косой Запись
автор Дмитрий Косой Запись
язык как существование Дмитрий Косой Запись
толпа и её циклы Дмитрий Косой Запись
евросоюз Дмитрий Косой Запись
единое государства Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела депутата Дмитрий Косой Запись
Шизоидное Тела революционера Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления Беркли Дмитрий Косой Запись
сознание и мозг Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и сказка Дмитрий Косой Запись
фашизм как представление Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и государство Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и государство Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела в политике Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и мораль Дмитрий Косой Запись
психология и наука Дмитрий Косой Запись
Трамп идеалист и политик Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и отношения Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и выбор Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Гваттари Дмитрий Косой Запись
как не стало СССР Дмитрий Косой Запись
фашизм и информация Дмитрий Косой Запись
философия и буддизм Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела в психологии Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела по Ницше Дмитрий Косой Запись
наука против самой себя Дмитрий Косой Запись
наука об индивиде Дмитрий Косой Запись
идеология либерал-фашизма. Дмитрий Косой Запись
Крым как яблоко раздора Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм в действии Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления по Лакану. Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Больцано Дмитрий Косой Запись
право и политическое в нём Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела главы несуществующего государства Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Шпенглера Дмитрий Косой Запись
воля как фикция философская Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и текст Дмитрий Косой Запись
демократия как понятие Дмитрий Косой Запись
бесполое тела о собственности Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и технологии Дмитрий Косой Запись
Лиотар. Шизоидное Тела Дмитрий Косой Запись
Невзоров. Утилизация бесполого Дмитрий Косой Запись
Путин. Шизоидное Тела политика Дмитрий Косой Запись
самоубийство и причина возникновения Дмитрий Косой Запись
чиновник и политика Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела декабриста Дмитрий Косой Запись
глобализм россиян Дмитрий Косой Запись
культура бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
почему убивают при либерал-фашизме Дмитрий Косой Запись
правовая культура и вкус Дмитрий Косой Запись
система права Дмитрий Косой Запись
Трамп о сирийских делах Дмитрий Косой Запись
Спаситель и дьявол Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела отцов церкви Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела о семье Дмитрий Косой Запись
мистика Плотина Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела как инструмент науки Дмитрий Косой Запись
размывание понятия культура Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела в мифе Дмитрий Косой Запись
Секс, просвещение или пропаганда Дмитрий Косой Запись
символика чисел Дмитрий Косой Запись
субъективность как миф Дмитрий Косой Запись
права Дмитрий Косой Запись
права Дмитрий Косой Запись
цитаты Витгенштейна Дмитрий Косой Запись
власть как фикция Дмитрий Косой Запись
Бесполое Тела по Мерло-Понти Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и инфляция Дмитрий Косой Запись
Бесполое Тела. Стратегия Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления и соблазн Дмитрий Косой Запись
женский биопол и система Дмитрий Косой Запись
убийство политика Дмитрий Косой Запись
индивид и его значение Дмитрий Косой Запись
современный буддизм Дмитрий Косой Запись
может ли пенсия быть справедливой Дмитрий Косой Запись
эротика бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
система и идиотизм как необходимая составляющая её Дмитрий Косой Запись
семья при либерал-фашизме Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела и насилие Дмитрий Косой Запись
система производящая детей Дмитрий Косой Запись
современный брак Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и потенция Дмитрий Косой Запись
вера и фанатизм Дмитрий Косой Запись
семья и бесполое Тела Дмитрий Косой Запись
искусство и его значение Дмитрий Косой Запись
человек противостоящий Дмитрий Косой Запись
юный Путин Дмитрий Косой Запись