Фуко о внешнем Телу

Аватар пользователя Дмитрий Косой
Систематизация и связи
Онтология
Ссылка на философа, ученого, которому посвящена запись: 

Опыт внешнего
Прорыв к языку, из которого изъят субъект, обнаружение несоответствия, быть может, непоправимого между возникновением языка в его бытии и его осознанием себя, каков он есть, представляет сегодня опыт, проявляющийся в культуре самым различным образом: в едином жесте письма или в попытках формализовать язык, в изучении мифов и психоанализе, в исследованиях Логоса как колыбели всей западной рациональности. И вот мы уже перед тем зиянием, что долгое время оставалось недоступно нашему взгляду: бытие языка проявляется не иначе как в месте исчезновения субъекта. Но каким образом могли бы мы вступить в такое странное отношение? Быть может, посредством той формы мысли, чью смутную возможность западная культура только наметила на своих полях? Той мысли, которая удерживается вне всякой субъективности, чтобы дать ей проступить, вычертить как бы извне ее пределы, возвестить о ее конце, обратить ее в рассеянное мерцание и в конце концов не оставить от нее ничего, кроме неопровержимого отсутствия. И той мысли, которая в то же время держится на пороге всякой позитивности - не столько ради того, чтобы ухватить ее основания или подтвердить ее обоснованность, сколько ради обретения вновь того пространства, где она разворачивается, той пустоты, что служит ей пристанищем, дистанцию, посредством которой она образует себя и где с момента, как мы обращаем на нее взгляд, вырисовывается ее мгновенная несомненность. И наконец, мысли, что, по отношению к внутреннему нашей философской рефлексии и к позитивности нашего знания, основывает то, что мы могли бы назвать мыслью о Внешнем.

Рано или поздно нужно будет попытаться определить фундаментальные формы и категории этой мысли о Внешнем. Попытаться вновь обрести ее медленное течение, понять, откуда она к нам пришла и в каком направлении следует. Вполне возможно, она родилась от той мистической мысли, которая, начиная с текстов Псевдо-Дионисия Ареопагита, должно быть, блуждала, принимая различные формы негативной теологии, на границах христианства. К тому же нет ничего менее определенного: ведь если в подобном опыте речь действительно идет о том, чтобы выйти «вовне себя», то это лишь для того, чтобы вновь себя обрести, запеленаться, сосредоточиться в ослепительной внутренности мысли. Мысли, которая по праву есть Бытие и Слово и, следовательно, Дискурс, будь она даже молчанием по ту сторону всякого языка и небытием по ту сторону всякого бытия.

Менее рискованным будет предположить, что первый разрыв, через который мысль о Внешнем пробилась к нам навстречу, парадоксальным образом обнаруживается во вторящем себе монологе де Сада. Во времена Канта и Гегеля, когда интериоризация закона истории и мировой закономерности была, вероятно, как никогда еще, востребована западным мышлением, Сад не прекращает говорить об обнаженности желания как о беззаконном законе мироздания. В то же самое время в поэзии Гельдерлина проступило мерцающее отсутствие богов, и обязательство ждать, возможно, до бесконечности, возвестило о себе как о новом законе - вот смутная подмога, происходящая из самого факта «поражения Бога». Можем ли мы по совести сказать, что в один и тот же момент Гельдерлин и Сад (первый, обнажая желание бормочущей бесконечности дискурса, второй, разоблачая увертки богов в разломе языка на пути к самопотере) подготовили, хотя и неявно, нашу мысль к опыту Внешнего? Опыту, который в то время должен был оставаться не то чтобы потаенным (ибо никогда ранее он не проникал в плотные слои нашей культуры), но текучим, инородным, внешним нашему внутреннему на протяжении всего того времени, когда формировалось самым настоятельный образом требование интериоризировать мир, стереть отстранение, преодолеть обманчивые моменты Entäußerrung1), очеловечить природу, приблизить к ней человека и возместить земле те сокровища, что были потрачены на небеса.

Итак, тот опыт, что вновь появляется во второй половине XIX в. и в самом сердце языка (наша культура тщится мыслить об этом так, как если бы она обладала секретом его внутреннего), оказывается мерцанием самого Внешнего: у Ницше, когда он обнаруживает, что вся западная метафизика связана не только с ее грамматикой (о чем мы в общих чертах догадывались со времен Шлегеля), но и с теми, кто, владея дискурсом, овладевает, таким образом, правом на слово; у Малларме, когда язык появляется как отступ, отказ, отстранение от того, что он называет, - со времен «Игитура»2) и вплоть до самостийной и непредсказуемой сценичности «Книги»3) - как движение, в котором исчезает говорящий; у Арто, когда всякий дискурсивный язык призван высвободить, разнуздать себя в жестокости тела и крика, и тогда мысль, покидающая болтливое нутро нашего сознания, станет материально ощутимой энергией, истязанием плоти, самопреследованием и саморазрыванием субъекта; у Батая, когда мысль, вместо того чтобы быть дискурсом противоречия или бессознательного, становится мыслью предела, разорванной субъективностью, трансгрессией; у Клоссовского с его опытом двойника, внешнести симулякров, театрализованного и безумного размножения «я».

Субъект, который говорит, уже не столько ответственен за дискурс (тот, кто держит слово, кто выносит из него суждения и через него утверждает, иногда присутствует там в соответствующей грамматической форме), сколько представляет собой своего рода несуществование, в пустоте которого беспрерывно длится неисчерпаемое самоизлияние языка.
Мишель Фуко. «Мысль о Внешнем»

1) Entäußerrung - лат. alienatio - овнешнение, отчуждение, отстранение. Отсылка к гегелевскому термину, означающему самоовнешнение субъектом своего «внутреннего» в работе и языке как формах социоисторического существования, в результате чего субъект перестает принадлежать себе, но в этом самоовнешнении отчуждается от себя как от другого по отношению к себе самому (впоследствии - Entfremdung в марксистской теории отчуждения). У Гегеля диалектическое преодоление или снятие этого самоотчуждения возможно в абсолютном Духе. Фуко соответственно противопоставляет постметафизический опыт Внешнего (радикально иного по отношению к «внутреннему» субъекта) равно интериоризирующейся в сознание гегелевской Абсолютной Идее и отчужденному гегелев-ско-марксистскому «внешнему» труда, языка, сознания.
2) Mallarme S. Igitur ou la folie d'Elbehnon. P.: Gallimard, 1925.
3) Имеется в виду утопический проект виртуального мета-текста Малларме - своего рода Книги книг, дающей «орфическое истолкование мира» и которая - в бесконечных комбинациях букв - порождала бы бесконечное множество возможных и невозможных текстов, что поставило бы под вопрос саму сущность литературы. «Непредсказуемую сценичность Книги» Малларме противопоставлял, в частности, вагнеровской театральности как объекту критики того времени.

http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/661/%D0%9C%D0%90%D0%99%D0%AF МАЙЯ

Связанные материалы Тип
Лиотар. Единое Тела Дмитрий Косой Запись
Консерватизм Дмитрий Косой Запись
Мнимые ловушки права Дмитрий Косой Запись
Зиновьев и футурология Дмитрий Косой Запись
Фуко Дмитрий Косой Запись
Обеспокоенность за чиновника Дмитрий Косой Запись
Человек толпы Дмитрий Косой Запись
Человек толпы и диалог Дмитрий Косой Запись
Автоматизм Дмитрий Косой Запись
Фуко о власти Дмитрий Косой Запись
Артемидор о сексуальных сновидениях Дмитрий Косой Запись
Фуко. Трактат Артемидора Дмитрий Косой Запись
Фуко. Становление фашизма Дмитрий Косой Запись
Фуко о суверене и государственном интересе Дмитрий Косой Запись
Проституция и рынок Дмитрий Косой Запись
Целое и понимание Дмитрий Косой Запись
Природа фашизма Дмитрий Косой Запись
Путин и санкции Дмитрий Косой Запись
Диалог по Бахтину Дмитрий Косой Запись
женское и бесполое Дмитрий Косой Запись
Познание и информация Дмитрий Косой Запись
Готовное ко всему Дмитрий Косой Запись
Фуко. Дисциплинарная власть Дмитрий Косой Запись
Президент Дмитрий Косой Запись
холокост Дмитрий Косой Запись
Будда и Иисус Дмитрий Косой Запись
война и мир Дмитрий Косой Запись
современный либерализм Дмитрий Косой Запись
о сближении либерал-фашизма с уголовной сферой Дмитрий Косой Запись
идеология бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
коммунизм и право Дмитрий Косой Запись
принцип просвещения Дмитрий Косой Запись
бесполое в мистическом опыте Дмитрий Косой Запись
происхождение дуализма и империи созидающей Дмитрий Косой Запись
дуализм и единое Дмитрий Косой Запись
вещи и единое Дмитрий Косой Запись
мистика бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
народ и Конституция Дмитрий Косой Запись
политик Лимонов Дмитрий Косой Запись
Данте о едином Тела Дмитрий Косой Запись
компенсации шизоидного Тела Дмитрий Косой Запись
война как призвание Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Маркса Дмитрий Косой Запись
христианство и плоть Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела по Беккету Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела по Беккету Дмитрий Косой Запись
пафос Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела об искусстве Дмитрий Косой Запись
Конфуций о женщине Дмитрий Косой Запись
гомофобия содома Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела в сексуальном Дмитрий Косой Запись
любовь женщины Дмитрий Косой Запись
лёд тронулся Дмитрий Косой Запись
фашизм и журналист Киселёв Дмитрий Косой Запись
безликий закон по Аристотелю Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и язык Дмитрий Косой Запись
наука и философия Дмитрий Косой Запись
любовь в объекте сопротивления. Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и индивид Дмитрий Косой Запись
Фуко. Шизоидное Тела Дмитрий Косой Запись
Фуко как философ Дмитрий Косой Запись
Фуко. Истина как объект сопротивления Дмитрий Косой Запись
история России Дмитрий Косой Запись
женщина о мужчине Дмитрий Косой Запись
инструментальное сознания Дмитрий Косой Запись
любовь на двоих Дмитрий Косой Запись
вера как понятие Дмитрий Косой Запись
Бодрийяр. Упразднение смерти Дмитрий Косой Запись
человек толпы Дмитрий Косой Запись
политика и этика Дмитрий Косой Запись
толпа и народ Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления по Чехову Дмитрий Косой Запись
истина как то, что есть Дмитрий Косой Запись
узурпация Дмитрий Косой Запись
любовь Тела Дмитрий Косой Запись
социальные технологии Дмитрий Косой Запись
Штирнер о древних и новых Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела психолога Дмитрий Косой Запись
психологи о любви Дмитрий Косой Запись
Фуко. Власть и интеллектуалы Дмитрий Косой Запись
существует ли политическое высказывание? Дмитрий Косой Запись
консерватизм как рабство бесполого Тела Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и террор Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления и Тело Матери Дмитрий Косой Запись
счастье и бесполое Тела Дмитрий Косой Запись
субъект в философии Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и объект сопротивления Дмитрий Косой Запись
политика при фашизме Дмитрий Косой Запись
Фуко. Происхождение власти Дмитрий Косой Запись
прав ли Протагор? Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела в терроре Дмитрий Косой Запись
философия и текст Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела в сексуальном опыте Дмитрий Косой Запись
женщина в сексе Дмитрий Косой Запись
наука против самой себя Дмитрий Косой Запись
наука об индивиде Дмитрий Косой Запись
политические выборы Дмитрий Косой Запись
единое Тела Больцано Дмитрий Косой Запись
право и политическое в нём Дмитрий Косой Запись
шизоидное Тела Шпенглера Дмитрий Косой Запись
Европа как миф о величии Дмитрий Косой Запись
социальное государство как фикция Дмитрий Косой Запись
Лиотар. Бесполое Тела Дмитрий Косой Запись
идентичность как фикция Дмитрий Косой Запись
чиновник и политика Дмитрий Косой Запись
философия и рефлексия Дмитрий Косой Запись
культура бесполого в США Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и продажность Дмитрий Косой Запись
Трамп о сирийских делах Дмитрий Косой Запись
идиот Кампанелла Дмитрий Косой Запись
Спаситель и дьявол Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела отцов церкви Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела как инструмент науки Дмитрий Косой Запись
размывание понятия культура Дмитрий Косой Запись
женщина как предмет изучения Дмитрий Косой Запись
диалог о доходе и прибыли Дмитрий Косой Запись
согласие и секс Дмитрий Косой Запись
объект сопротивления и соблазн Дмитрий Косой Запись
женский биопол и система Дмитрий Косой Запись
Путин и вопросы Дмитрий Косой Запись
индивид и его значение Дмитрий Косой Запись
Бесполое Тела в эстетике Дмитрий Косой Запись
гендер как фикция Дмитрий Косой Запись
культура садо-мазо Дмитрий Косой Запись
Фуко о сексуальности Дмитрий Косой Запись
депутат о счастье Дмитрий Косой Запись
объект социального Дмитрий Косой Запись
либерал-фашизм и насилие Дмитрий Косой Запись
бесполое Тела и уверенность Дмитрий Косой Запись

Комментарии

Аватар пользователя Геннадий Макеев

Порыв к языку, из котогого изьят субьект...

Это только начальный опыт "мысли о внешнем", в котором ещё не пройден до конца(предела) путь восстановления субьекта в ином, внешне-мыслимом своём качестве. А если не пройден путь, то, естественно,"кажимое принимают за действительное" - будто-бы субьект изымается, тогда как на самом деле он принимает(входит в роль) роль другого субьекта, т.е. или непосредственно переходит в другого или проявляет себя опосредствованно другим, что и кажется потерей себя - исчезанием говорящего в пучине процесса говорения(как нескончаемого производства текста(гипертекст)).

Аватар пользователя Дмитрий Косой

другой (человек) отменён Фуко, в тексте имеется ввиду отстранение от языка вообще и уход в пустоту себя, где язык уже работает на Тело и его компенсаторные возможности. Потому что никакого внешнего не существует, оно выдумано, но вымысел больше реальности (прошлого), и поэтому он устремлён в будущее, и опять же в пустоту (самодостаточное). Диалог преодолевает это, но он сугубо внутренний, и к "внешнему" не причастен.

Аватар пользователя Геннадий Макеев

Ну..., отменить внешнего другого ещё не значит отменить внутреннего другого,который может быть изнутри внешним. Разве тело не может быть этим другим?

Аватар пользователя Дмитрий Косой

Тело как объект человеческого существует одно, остальные берутся по подобию, это легко проверить, ущипните себя, и если объект напротив вас сделает то же самое, то вас это ещё не убедит полностью что он существует также, только вера помогает здесь. И когда удушали газом и сжигали живых людей в печах также не чувствовали что-то общее (единое) с ними те, кто имел другую веру. И сейчас некоторые мусульмане к похожему прибегают по надобности, отрезают головы.