Сергей Степанов. Искусство осознания

Путь воина
Информация
"Беловодье", 2009. ISBN 978-5-93454-101-0
Систематизация и связи
Основания философии
Онтология
Гносеология
Диалектика
Этика

Низшее Я и Высшее Я: Принцип различения

1. - Темой нашего семинара является расширение света сознания. Это, с одной стороны, развитие, а с другой стороны, это перемещение точки сборки влево для освоения тех областей сознания, которые уже есть в человеке, но которые задействованы таким образом, что наше обыденное сознание их плохо контролирует, плохо замечает.

Так что для расширения света сознания существуют два основных направления: вправо и влево. Вправо - для того чтобы лучше познать, как устроено сознание, в том числе и его левая сторона, и влево - для того, чтобы научиться контролировать те эманации, которые заложены в человеке.

Что касается формы, то семинар - это такая игра, которая отличается от посиделок и лекций. Что такое лекция, достаточно понятно. Человек получает какую-то информацию, оценивает ее. То, что ему нравится - запоминает, то, что ему не нравится - отбрасывает, пропускает мимо ушей. При этом его сознание развивается не вглубь, а вширь. То есть, какие-то кардинальные вещи, какие-то основания его мировоззрения, его поведения, его практики остаются неизменными. И та информация, которая соответствует изначальным установкам, усваивается. И поэтому, то изначальное поле, изначальный скелет сознания остается без изменений. Просто те области сознания, которые были смутными, получают какую-то определенность. Но, дело в том, что сознание устроено не как плоскость, а как некая многоуровневая система. На каждом уровне можно описать всю действительность, заполнить уровень так, что все области, все проблемы станут понятными, и сознание потеряет к ним интерес. Это описание будет зависеть от тех оснований, которые мне кажутся существенными. Хотя слушание лекций имеет определенный смысл, но, как говорит, скорее всего, Кант, высший смысл этой деятельности будет заключаться в том, чтобы через накопление нового материала осознать те основания, которые позволяют мне приобретать этот материал, то есть, рефлексировать свою точку зрения, понять, из чего я исхожу. И это понимание должно перевести сознание на следующий уровень. У человека появляются новые основания, мир открывается, как бы заново, и человек широко открытыми глазами, с удивлением, начинает смотреть на то, что раньше казалось тривиальным, не заслуживающим внимания. Каждый человек с детства смотрит на окружающий мир с удивлением, но достаточно быстро происходит опредмечивание, в результате чего мир становится понятным и им можно манипулировать. Человек больше не задумывается над опредмечеными вещами, его подсознание больше не задумывается над ними. Если для ребенка каждое дерево, каждый цветочек представляют собой целый мир, он находит в них массу элементов значимости, с которыми он еще не знает, что делать, то достаточно быстро все эти элементы значимости для него пропадают, он выделяет только несколько элементов в каждой вещи, которые и превращают вещь в известный предмет. То есть, сознание, как бы перестает видеть, оно начинает смотреть. И окружающая реальность постепенно становится для человека не интересной. В результате, остаются 1 - 2 области, вызывающие интерес, а остальное становится тривиальным,, понятным, что это такое, и почему этим не следует заниматься. Область неизвестного постепенно сужается, и, когда она сходит на нет, человеку становится скучно жить, он разочаровывается в жизни, разочаровывается в самом себе и ничего хорошего из этого не получается. Это то, что называется старостью, онтологическим понятием старости, когда человек устает жить. На самом деле, это иллюзия, что человеку становится все известно и все понятно. Ему становится все понятно только на уровне его сознания. Задача в том, чтобы просто перейти на другой уровень, и вновь научиться удивляться и восхищаться окружающим миром. Это то, что касается формы лекции.

Теперь, что касается посиделок. Это форма светской беседы, светского общения, при которой признается право всех личностей на собственное мнение и происходит свободный обмен этими мнениями. На посиделках человек имеет возможность проявить себя и показать свое мировоззрение, как-то доказать его истинность, найти сторонников и достигнуть признания себя, своего мировоззрения со стороны окружающих. Как вы понимаете, это очень полезная деятельность для того, чтобы снять некий страх перед чуждым миром, но не более того.

Семинар отличается и от посиделок и от лекций. Семинар представляет собой игру, в котором участники готовы отказаться от своего мировоззрения, не так, чтобы уж совсем разом отбросить его, а чтобы менять свои установки. Он как бы передает, отчасти, власть над своим сознанием ведущему. Он играет в такую игру, что во время семинара ведущему виднее, что правильно, что неправильно, что хорошо, что плохо. Вообще говоря, нужна некоторая решимость, чтобы участвовать в семинаре, чтобы включиться в эту игру, потому что обязанность ведущего - атаковать онтологические основания привычного бытия участников семинара, лишить их устойчивости, доказать их глупость и бездуховность и заставить принять новые основания, ведущие к полной переоценке той жизни, которую они ведут.

2. - У каждого из нас есть образ самого себя, представление о том, что я из себя представляю, какие у меня интересы, как ко мне относятся люди и т.д. Весь этот образ зафиксирован или обозначен в моем сознании через мое имя. Мы будем играть в такую игру, что это имя не является онтологическим основанием, чем-то существенным, а есть лишь некая форма игры. Я играю в то, что я зовусь таким-то, что я такой-то. А чтобы показать самому себе, что это всего лишь игра, на семинарах каждый придумывает для себя какое-то иное имя, которое в сознании ассоциируется с каким-то другим образом. Легче всего вспомнить какое-то литературное произведение, в котором есть герой, носящий определенное имя, и этот герой имеет определенные качества, определенное отношение к миру и т.д. И я могу отождествиться с этим героем, войти в его Я-образ. Я предлагаю всем выбрать себе новое имя и немного рассказать о качествах этого нового образа.

3. - Я хочу спать, но я не хочу спать. Мне надо уснуть, но я не могу уснуть. Я хочу спать, но мне нельзя спать, но мне необходимо поспать. Эти фразы являются признаком того, что сознание разделено в себе на два Я, на два независимых субъекта, имеющих соответственные желания, слабо коррелирующие между собой. Первое Я будем называть телом или Эго, а второе - самосознанием. Если человек четко не разделяет эти два Я, если он отождествляет их в самом себе, если он считает, что с/с тождественно его Эго, то это совокупное двойное Я можно назвать ЧСВ - чувством собственной важности. ЧСВ приводит к тому, что моя личность, которая, вообще говоря, опосредована всей окружающей реальностью, отождествляется в моем сознании с моим с/с, моим высшим Я, которое самодостаточно в себе. И это отождествление приводит к тому, что моя личность считается мною тоже самодостаточной, или, т.к. я все же вижу, что я завишу от окружающих, то я останавливаюсь на том, что я как личность являюсь самоценной. Когда возникает угроза моему телу, я воспринимаю это как угрозу самому себе. Я не отделяю желания своего Лев/с от самого себя. Для того, чтобы расширять свет сознания, первое, что необходимо сделать, это понять принципиальное отличие, принципиально понять отличие Эго от Я и уметь практически отделять, какое мое желание относится к Эго, а какое относится к моему Я. Вот это умение отделять в каждом конкретном случае одно Я от другого Я и называется борьбой с ЧСВ, т.к. ЧСВ мы определили как то, что сознание отождествляет эти два объекта. Поэтому, когда возникает угроза мне как личности: моей работе, моей семье, моему телу, то я очень серьезно к этому отношусь, я считаю, что это непосредственная угроза моему безусловному Я, и иногда это выглядит просто смешно. Я слишком серьезно отношусь к взаимодействию моего Эго с окружающей реальностью. Для того, чтобы уметь практически отделять желания Эго от желаний моего истинного Я, необходимо, конечно, разобраться, какие желания, типы желаний и суждений относятся к одному и к другому. Что именно относится к телу или Лев/с, и что относится к Пр/с. Чтобы в этом разобраться, нужно правильно подойти к этой проблеме. Конечно, нельзя начинать с того, чтобы брать те или иные желания и голосованием решать: относятся они к одному или к другому. Или не голосованием, а просто внутренней самооценкой, т.к. эта самооценка тоже может исходить либо с позиции одного Я, либо с позиции другого Я. Т.к. оценки производятся вперемешку, то в голове возникает, естественно, бардак и не хочется вообще всем этим заниматься. Хочется просто следовать возникающим желаниям, а когда возникают одновременно и такое желание и другое, то нужно просто подумать хорошенько, так, чтобы осталось только одно желание, - такова обычна позиция среднего человека. Если мы хотим расширять свет сознания, то нужно уметь осознавать себя, понимать, что же я хочу и уметь контролировать себя, чтобы высшее Я контролировало низшее Я. А для того, чтобы этот контроль осуществлялся, необходимо, в первую очередь, различать одно Я от другого Я.

Чтобы подойти к вопросу различения нужно подумать о том, что такое человек, и как он возник. Достаточно очевидно, что наша Вселенная, наш Мир развивается от простого к сложному. Сначала возникла неживая природа, потом растения, животные и человек. Можно предположить, что за человеком через некоторое время возникнет следующий уровень бытия. Также как животное является переходной ступенью от растения к человеку, также человек является переходной ступенью к более высшему существу.

Достаточно очевидно, что те основные состояния, которые присущи более низким эманациям: эманациям неживой природы, растениям, животным и т.д.,- присутствуют, в основном, и в более высоких эманациях. Т.е., другими словами, животное также остается материей - можно его рассматривать как камень - оно испытывает все эти электромагнитные и другие материальные взаимодействия. И также это животное имеет основные инстинкты растений, как-то: вегетативное размножение клеток, дыхание, питание и т.д. Т.е. получается, что каждая более высокая эманация содержит в себе основные состояния предыдущих эманаций. Это нам дает общий ключ к пониманию человека. Человек состоит из Лев/с, которое включает в себя материальные эманации, растительные эманации и животные эманации, и Пр/с, которое включает в себя какие-то состояния, которые присущи исключительно человеку, и которые не могут встречаться у животных. Поэтому, если у меня возникает какое-то желание, то я его абстрагирую, т.е. выделяю в чистом виде, что же я хочу в двух словах, без конкретных людей, способов осуществления и т.д., основную мысль, что я хочу, и смотрю, бывают ли такие желания у животных. Если бывают, то все, это желание Лев/с, независимо от того, какую духовную форму я ему придаю.

Предположим, я хочу познакомиться с прекрасной девушкой, которая поразила меня своим интеллектом. Я должен подумать: мне важнее то, что она красивая или то, что она умная? Рассмотрим два варианта: тот же самый интеллект, но нет красоты и отсутствие этого интеллекта, но сохранение красоты. Что я выберу? Если я выбираю, все-таки, эту девушку, хотя она и не разбирается в Логике Гегеля, то, значит, движущей силой является половое влечение. Это п/в заставляет меня не просто позвонить ей, но, если она как-то отделена от меня, заставляет меня читать книжки, изучать что-то, тратить годы, имея в виду, что, в конце концов, она меня примет, я буду ее достоин и мы будем вместе. Если, все-таки, основание этого п/в, то я себя спрашиваю: бывает ли у животного п/в? И сразу вспоминаю: ага, вроде как бывает. Значит, это функция Эго, конечно, дополненная всякими духовными атрибутами, разумными установками, различными обоснованиями: почему это хорошо и почему это надо делать и т.д.

Если я стремлюсь к власти, к общественному положению, скажем, я занимаюсь политикой, то сразу задаю себе вопрос: бывает ли у животных борьба за власть, определения лидера в стае? - бывает, значит, это тоже функция Лев/с. Если я говорю: я могу ходить на семинары, но у меня семья, у меня ребенок, я должен по воскресеньям, скажем, сидеть с ребенком, ну, а в свободное время я могу заниматься духовной деятельностью. Спрашивается, мое отношение к семье, к ребенку должно ли являться более важным или менее важным? К какой области оно относится? Я вспоминаю, что животные имеют детей, заботятся о них, обучают их и т.д. Следовательно, основание, хотя оно, конечно, обвешано всякими духовными вещами, все равно относится к Эго, к Лев/с.

Разум - это сфера всеобщего,, это какие-то принципы, равно относящиеся ко мне и к другому. Для Эго существенно, для меня это или для соседа. Для соседа, который меня любит или для соседа, который меня ненавидит. Это важнее, чем какие-то установки, какой-то вид деятельности. Для Разума же та или иная личность - несущественна. Разум находит какие-то всеобщие, равно применимые для всех установки, принципы направление деятельности, желания и применяет их независимо от того, относятся они ко мне или к другому.

В каждом человеке есть всеобщие желания, желания справедливости, в общем смысле понимаемые как равное отношение ко всем, и масса инстинктов Лев/с. Вопрос в том, насколько преобладают те или другие. Они переплетены и, чтобы разобраться в этом и достигнуть целостности самого себя, нужно сначала, конечно, уметь различать. Человека, в котором преобладают инстинкты Лев/с, т.е. когда основные виды деятельности, которой он занимается, имеют основания в животном сознании, мы будем называть средним человеком (ср/чел.), а если в нем преобладают какие-то разумные сентенции Пр/с - будем называть, скажем, разумным человеком или человеком с понятием.

 

По поводу человека разумного я приведу стихотворение о Пушкине:

«Он умел бумагу марать

Под треск свечки,

Ему было за что умирать

У Черной речки»

.

Если про кого-то можно такое сказать, значит, он относится к человеку разумному.

- Возникает вопрос, кто духовнее - тот, кто, например, занимался наукой или тот, кто претворял ее в жизнь?

Этот вопрос состоит из двух вопросов. Во-первых, что такое ступени сознания и какая ступень выше? И второй вопрос, бывает, что и выше ступень, а область моей деятельности, имеющая основания в Разуме, меньше, чем время, которое я занимаю осуществлением животных инстинктов. Поэтому оценивать человека нужно по двум параметрам. Бывает низкая ступень Разума: мало, что человек понимает, но зато уж много времени тратит на то, чтобы осуществлять именно разумные сентенции.

4.- Как происходит развитие человека? Когда человек появляется на свет, у него уже все растительные инстинкты задействованы, без этого он жить не может. А, вот, животные инстинкты еще не задействованы, потому что, чтобы проявить, скажем, п/в, волю к власти и т.д., нужны внешние объекты, соотношение с этими внешними объектами. В зачатке, в возможности все животные инстинкты есть, но они не реализованы. Конечно, у ребенка есть п/в, это Фрейд открыл; раньше думали, что в 18 лет оно появляется, потом выяснили, что как рождается, так и появляется.

Но, пока не реализованы эти основные инстинкты, человеку не время думать о чем-то более высоком. Поэтому первый этап развития человека представляет собой т.н. психосоциальную адаптацию, в которой инстинкты животного сознания реализуются. И на этом этапе можно выделить несколько ступеней.

На первой ступени приоритетом в выборе поступков обладают индивидуальные отношения, построенные на основе п/в. Сюда относятся всякие сексуальные интересы, любовь и зависимость от матери, ребенка, каких-то знакомых, создание жизненного права, дома, уюта. Т.е., если для человека жизненное пр-во является основной целью жизни, если самым важным сейчас является заработать денег и купить квартиру, то мы относим его к первому этапу. Если он честен, если для него именно это является сейчас самым главным. И тут нельзя упрекнуть его, что он недуховный, просто надо пройти ему этот этап. Когда он приобретет свой угол, когда он достаточно будет иметь сексуальных отношений, привязанностей к каким-то отдельным людям, когда уже начнет все повторяться, тогда он переходит на следующий этап.

Для второго этапа пс/соц. адаптации характерно стремление к поддержанию таких вещей как семья, род, клан, нация. Это все вещи одного порядка. Если спросить у человека, что является самым важным в его жизни, и он говорит: "понять, что такое русский народ, осознать себя русским, чтобы не быть "Иваном, не помнящем родства",- то можно отнести его ко второму этапу. Если он может заниматься чем-то только если это не противоречит и не мешает выполнению его семейных обязательств, если он не может принимать самостоятельных решений, не посоветовавшись с семьей, если он ставит семью в известность о всех своих поступках, то он проходит второй этап пс/соц адаптации. На этом этапе человек напоминает муравья, бережно относящегося к своему муравейнику. Он ограничивает свои индивидуальные потребности ради семьи, причем, семьей может являться школьная компания или уличная банда, любая группа, членом которой я себя считаю, которая признает меня и с которой я внутренне отождествляюсь.

Третий этап индивидуально-рассудочных отношений характерен наличием самостоятельного мировоззрения, человеку есть, что сказать, он обладает системой суждений, в отличие от предыдущих этапов, где он не мог связать двух слов и был в состоянии лишь пересказывать события и свои переживания. Его мировоззрение маргинально, внесоциально, он может спорить с отдельными людьми, но не в состоянии удержать внимание коллектива, не владеет социально значимыми категориями.

Четвертый этап социально-культурной адаптации характерен наличием интереса к культуре. Человек изучает культуру своей среды, выбирает наиболее значимую культурную традицию и следует ей. Он отождествляет себя с культурной традицией и приобретает соц. значимое культурное лицо. Критериями истины для него являются признанность культурной традицией, древней и массовой и подтверждение священником или лидером. Он входит в церковь, которая для него важнее самих идей данной культурной традиции. Чтобы освоить другую к/тр, он должен сначала выйти из прежней, очистить сознание от прежних установок. Тем самым он не в состоянии подняться до обобщения нескольких культурных традиций. В самой традиции, воспринимаемой как церковь, а не как учение, его более волнуют этические, прикладные моменты, а не онтологические постулаты и гносеологические основания. Если это традиция халдейской астрологии, то меня не волнует сколько знаков зодиака в году, каковы их названия и свойства. К этим вопросам у меня нет теоретического научного интереса. Если традиция так считает, то это достаточное условие для истинности. Я хочу узнать только то, что считает традиция, что она принимает за истину. Далее я пытаюсь применять полученное знание, не заботясь о его понимании. Эта форма отношений может быть применима к любой традиции, как религиозной, так и научной, как политической, так и философской. Просто, через эту традицию я приобретаю культурно-социальную значимость, адаптируюсь к социально-культурной среде. Меня интересует традиция не потому, что она истинна, а потому, что она популярна, значима в той социальной среде, где я нахожусь.

Когда человек проходит все эти этапы адаптации, он владеет этими формами отношений сознания к Реальности, он участвует во всех формах: имеет индивидуально - половые отношения, семейные, индивидуально - рассудочные и культурно

- социальные. В зависимости от условий у него преобладают те или иные формы. Это также зависит от его типа души, от 3 и 4 параметров. Он уделяет разное внимание той или иной форме, но владеет всеми 4 формами.

Завершение адаптации является условием продуктивной разумной деятельности. Пройдя адаптацию, человек готов к участию в семинарах, ибо, по определению, семинар представляет собой разумную деятельность.

5.- Я встречаю человека, который говорит: "Ну, да, я это делать не умею". Тем самым он говорит о своей ущербности, признается в своем несовершенстве, проявляет нелюбовь к себе. Например, женщина говорит: "Да, я знаю, что я глупа, что рассудок у меня слаб". Она признает свою ущербность, но при этом как-то абстрактно ее признает, отбрасывает ее и говорит:"Я хороша, я совершенна". Непонятно, она любит себя или не любит?

- Конечно, любит. Если она считает, что этот недостаток находится вне ее, если он несущественен для ее бытия.

- Она может считать, даже, что это ее достоинство.

- Бывает еще страннее случай. Начинаешь беседовать с этим человеком и выясняется, чем же она на самом деле гордится? Почему он так уверен в себе? Ну, пускай он считает себя дураком, где же то, что он считает хорошим? Одно рассматриваешь, другое, беседуешь до тех пор, пока человек не говорит, что в этом он тоже слаб, не очень. Оказывается, что везде он чувствует себя слабым, недостаточным. Спрашиваешь его прямо:" Ну и чем же ты гордишься тогда, откуда у тебя такая уверенность в себе?" Он отвечает:"Ну, это трудно сказать словами, но вот я чувствую, какой я хороший."

Я думая, что понятие нравиться у него лежит вне каких-либо определений, он любит себя экзистенциально и изначально, он любит себя не потому, что он такой, а потому, что он есть. И он хочет, чтобы его любили таким, какой он есть. Пускай я глупый, но я хороший.

Трудно сказать относительно животных, но человек такое существо, что изначально, как он появляется на свет, он себя любит, и требует от других любви к себе. Человек идет к одному и говорит:" Вот я какой хороший!" Ему отвечают:" А, так себе"." Фу, какой плохой,"- решает человек и идет к другому:"Вот я какой хороший!". "Да,- отвечают ему,- но я сейчас занят". и т.д., пока он не находит такого человека, который говорит ему:"Да, ты хороший! А я?". " Ну, ты так себе". "Нет, тогда ты плохой!" На уровне детского сада эти отношения видны прямо, там буквально говорят эти вещи. Когда мы становимся взрослыми, это становится более завуалировано, но, все равно, эти силы действуют.

Что с этим делать? Во-первых, нужно осознать то, о чем мы говорили в начале семинара. Это отождествление Эго и Я, которое и приводит к этому ЧСВ, которое, другими словами, называется изначальная любовь к себе. Вот, когда я искореню эту изначальную любовь к самому себе, поставлю ее под сомнение, то пойму, что у меня есть две стороны: одна - безусловная, которую можно любить, и вторая - обусловленная моим телом, моими отношениями с другими людьми, моей социальной значимостью, моим внешним видом и т.д.

- Что делать с человеком, который ходит с поникшей головой? Чувствуется, что он такой плохой.

- В чем его онтологическое страдание? Если он считает, что он совсем плох, то это еще не значит, что он сделал это великое осознание, разделил в себе Эго и Я. Это значит, что он считает, что он великий, он хороший, а никто его не признает. И, вместо того, чтобы прийти к каким-то выводам относительно себя, он считает, что мир плох, и надо найти такое место в мире, где бы меня признали. Уж, ладно, приобрету я какие-то знания по Логике Гегеля, потому что я знаю, что, если я буду способен читать лекции по Логике Гегеля, то меня признают.

Все это разные стороны прохождения этапа адаптации. Пока он не прошел ее, он, конечно, ущербен.

- В психологии говорят, что дети, которые не воспитывались любящей матерью, испытывали недостаток любви, становятся злыми, плохо общаются и т.д.

- В этом вопросе заключено два интересных момента. Во-первых, насколько это действительно так, и, во-вторых, почему некоторые люди хотят иметь эту теорию? Первый момент понятен. Так вот, в этой постановке вопроса существенен и второй момент. Т.е., люди, которые считают, что они хороши, только не хватает им любви, признания окружающих, склонны строить теории, в которых человека должны любить, даже если он еще не представляет из себя ничего ценного, любить за то, что он есть, т.е., признается, что изначально он хорош, и он остается хорошим, какие бы качества он не приобрел, каким бы он не стал. Из этой идеологии вытекает любовь к преступнику просто потому, что он мой сын. Вытекает сострадание и милосердие, которые не в состоянии отличить плохое от хорошего, для которых все люди хороши. И поэтому становится неважным, чем ты занимаешься, чего ты достиг, совершенствуя себя: бездельничай, наслаждаясь жизнью или адаптируйся,- все, по большому счету, одинаково. И поэтому выбирают самое легкое, выбирают простую радостную жизнь бабочки, которая не заботится о дне завтрашнем. Отрицается возможность развития, отрицается культура и цивилизация, отрицается Разум и величие человека, кот. сводится до уровня животного. Поэтому, это тонкий вопрос и нужно осторожно разобраться, за что надо любить человека и что надо любить в человеке. Что такое истинное сострадание и истинное милосердие, в чем люди одинаковы и в чем смысл жизни. 

0
Ваша оценка: Нет