Истинность высказывания, как формальное тождество высказываний
Истинность высказывания в традиционном понимании – это некоторое соответствие (согласование) высказывания предмету. Однако, оставаясь в рамках научного рассмотрения, можем ли мы, сопоставлять две столь разнородные сущности как логическое высказывание (последовательность элементов некоторой формальной системы, языка) и реальный предмет? Ведь не существует ни каких параметров, характеристик предмета (явления, процесса), по которым его можно было бы сравнивать с высказыванием. В действительности при сопоставлении предмета и высказывания всегда происходит сравнение разных высказываний об этом предмете. Следовательно, заключение об истинности какого-либо высказывания не может иметь никакого другого смысла, чем констатация его тождественности другому высказыванию (или множеству других высказываний). Так высказывание «у него голубые глаза» может объективно признаться истинным (то есть не самим говорящим), только если оно совпадет с аналогичными высказываниями других людей. Но так как не исключено, что среди других людей вполне могут быть дальтоники, лжецы или просто невнимательные люди, то для подтверждения истинности высказывания, основанного на чувственном опыте необходимо сопоставить большое количество высказываний.
Формальная истинность эмпирического высказывания
Некоторое эмпирическое высказывание, то есть высказывание, полученное на основе проведенного эксперимента (наблюдения) может также считаться истинным, если оно будет совпадать с множеством других высказываний полученных при повторных исследованиях (лучше в другом месте, другими людьми и на другой аппаратуре). Но эта истинность формальна и сама по себе имеет лишь единственную научную ценность – однозначность.
Формальная истинность теоретического высказывания
Истинность теоретического (аналитического) высказывания в рамках некоторой логической системы констатирует лишь факт соблюдения всех правил логического вывода данного высказывания — его тождественность другим высказываниям или группам высказываний в данной логической системе. Вследствие этого истинность теоретического высказывания формальна и бессодержательна (в чистом виде это лишь логико-математическая истинность), но с другой стороны она однозначна, и независима от субъективных факторов.
Осмысленность единичного высказывания
Помимо такой характеристики частного высказывания (теоретического и эмпирического) как формальной истинности можно говорить и о его осмысленности — содержательной правильности. Высказывание «вода кипит при температуре 34°С» вполне осмыслено в отличие от «вода кипит при массе в 100 грамм».
Осмысленность теоретического высказывания однозначно следует из принятых оснований теории и логических принципов ее построения при соблюдении всех формальных правил его вывода. То есть осмысленность теоретического высказывания совпадает с его формальной истинностью в рамках теории.
Семантический анализ языка не может дать обоснования истинности высказывания (теоретического или эмпирического). Анализ языка может лишь констатировать осмысленность высказывания, то есть правомерность высказывания в системе этого языка (языка конкретной научной теории или обыденного языка).
Эмпирическая истинность теоретического высказывания
В рамках научного познания наиболее важно понятие эмпирической истинности теоретического высказывания, то есть экспериментального подтверждения истинности выводов научной теории. Но, как я уже отмечал, нельзя установить соотношение двух таких разнородных феноменов, как высказывание и наблюдение (эксперимент). Реально в науке за фразой «высказывание соответствует опыту, подтверждается опытом» стоит лишь формальное тождество (совпадение) теоретического и эмпирического (полученного опытным путем) высказываний. Так формально истинное теоретическое высказывание «из расчетов следует, что вода должна закипеть при 100°С», будет считаться эмпирически истинным, если ему будет поставлено в соответствие формально истинное эмпирическое высказывание «в результате серии измерений было получено, что вода закипает при 100°С».
Проблема достоверности тождества теоретического и эмпирического высказываний
Отказ от столь привычной и обыденно понятной формулировки эмпирической истинности теоретического высказывания, как его соответствия предмету, согласованию с опытом и понимание истинности как тождества двух формальных высказываний, ставит перед нами множество вопросов. Можем ли мы сравнивать высказывания сделанные в различных формальных системах: одно в рамках конкретной научной теории (в терминах теории), другое – полученное на основе чувственных данных (в терминах опыта)? Ведь в нашем примере наиболее точно эмпирическое высказывание должно быть сформулировано так: «когда в том, что было налито в сосуд появились пузырьки, столбик термометра был на уровне риски 100». Действительно, у нас нет никаких рациональных оснований считать, что вскипающая жидкость является водой, что термометр измеряет именно температуру, и что те числа, которые стоят напротив его делений имеют какое-то отношение к числовым значениям, полученным из формул при расчетах? Даже если считать, что ответы на эти вопросы есть результат некоторых соглашений, то можно ли доверять этим соглашениям, и кто и когда их установил?
Какова может быть ценность этого тождества двух высказываний, если предмет только косвенно присутствует в них? Ведь действительно, в основе теоретического высказывания лежит индивидуальное понимание предмета ученым-теоретиком, а эмпирическое высказывание сделано ученым-практиком на основе чувственного восприятия некоторого процесса, в котором участвует предмет научного познания.
Достоверность эмпирических высказываний
Я полагаю, что основанием достоверности эмпирических высказываний, является сфера Всеобщего социального познания [1], которая представляет собой ту часть механизма функционирования социальной системы, которая заключает в себе весь исторический научно-практический опыт человечества. Сфера всеобщего познания помимо чистой науки включает в себя и индустрию проведения экспериментов, а также к ней частично можно отнести техническую и технологическую часть промышленного производства.
Всеобщее социальное познание – это реальная функционирующая система, в которую явно или опосредовано входят и предметы научного познания, и качества этих предметов (характеристики, параметры и т.д.). И если мы примем общую достоверность этой системы, то есть ее реальность и продуктивность как элемента социальной системы, то мы эту достоверность можем распространить и на ее элементы. Это касается и понятий «вода», «температура», «кипение», «100°С», которые, являясь элементами сферы всеобщего познания, конкретно реализуются в системе единичного опыта.
И эмпирические высказывания о предмете («вода закипела при 100°С») делаются именно в системе всеобщего познания. Эта система включает в себя и высказывания: «вещество с такими-то свойствами называется водой», «все вещества имеют такое качество, как нагретость, которое называется температурой» и т.д. Понятно, что для определения каждого слова такого высказывания необходимо приводить все новые и новые высказывания, и их последовательность не может быть конечной. Но сущность этой системы высказываний не в выводимости их из некоторого основания, а в том, что они сами, вся их совокупность, включенная в непрерывный процесс научной и технической практики, являются основанием для допущения достоверности высказываний о частном научном опыте. То, что ученый может доверять элементарному эмпирическому высказыванию, следует не из того, что оно дано ему, как непосредственная чувственная данность, а из того, что вся система эмпирических высказываний подтверждена предшествующим социальным научным опытом. Именно, не один конкретный опыт измерения температуры кипящей воды, а тысячи, сотни тысяч всех измерений, произведенных за время существования социума, придают некоторую степень достоверности эмпирическому высказыванию, включающему понятия «вода», «температура», «кипение», «100°С». И эти понятия, верней обозначаемые ими природные сущности, столь же реальны, сколь реален социальный опыт, сколь реальна социальная система, сохраняющая свою целостность во взаимодействии с Миром, в частности благодаря функционированию сферы всеобщего социального познания.
Основание тождества теоретического и эмпирического высказываний
Ученый-теоретик, как и ученый-практик, как и все элементы частного эксперимента, включен в единый процесс всеобщего познания. Выдвигая исходные гипотезы, он основывается на своем индивидуальном понимании. Строя теорию, он использует всеобщие социальные знания. Именно эта непосредственная встроенность ученого в сферу всеобщего социального познания, дает ему (и нам) некоторую степень уверенности в осмысленности получаемых им теоретических высказываний.
Следовательно, мы можем заключить, что поскольку научная теория есть продукт всеобщего социального познания, а конкретный эксперимент является вещественной реализацией этого познания, то именно реальность социальной системы как целого служит основанием для утверждения некоторой степени достоверности истинности двух частных высказываний — теоретического и эмпирического — при их формальном тождестве.
Конкретная истинность тождества теоретического и эмпирического высказываний
Совпадение двух тождественных высказываний (А=А) пусто и бессодержательно. О некоторой истинности в этом тождестве можно говорить лишь тогда, когда совпадающие высказывания имеют разное происхождение, принадлежат различным системам (А=А’). Это справедливо даже в самых элементарных случаях, когда сравнивается высказывание человека о каком-то событии с высказываниями об этом других людей, или когда ученик сверяет полученный ответ задачки с ответом приведенном в конце учебника. В системе научного познания происходит сравнение эмпирического и теоретического высказываний, полученных независимыми путями: экспериментальным и теоретическим.
Также мы выяснили, что для того чтобы вообще могла идти речь о тождестве высказываний, системы их продуцирующие должны иметь общее основание. Для обыденной практики этим основанием является язык, как единая система формализации общественных отношений. Основу единства научных высказываний (эмпирических и теоретических) составляет сфера всеобщего научного познания, включающая в себя и систему научной практики, и систему научных знаний (совокупность теорий). Эта сфера благодаря своему реальному функционированию, как подсистемы социума, может выступать гарантом того, что термины, используемые и в эмпирических, и в теоретических высказываниях сопоставимы. То есть всеобщее абстрактное тождество эмпирических и теоретических терминов в системе всеобщего научного Познания, обеспечивает достоверность формального тождества двух единичных высказываний.
Но для утверждения истинности высказывания недостаточно формального тождества двух высказываний, принадлежащих различным системам с общим основанием. Сравниваемые высказывания должны принадлежать системам различной степени всеобщности. То есть утверждение об истинности обычно делается об одном из сравниваемых высказываний, имеющем единичное значение, при его сопоставлении со вторым высказыванием, носящим всеобщий (обобщающий) характер. Так истинность высказывания одного человека может быть подтверждена совпадением с высказываниями многих других свидетелей этого события, или с высказыванием одного человека, но имеющего более «всеобщую» значимость — более авторитетного в данной области и т.д. Также заключение истинности полученного ответа на задачу получается при сравнении его с ответом в конце учебника, имеющего более всеобщее значение (неоднократно проверенного автором, специалистами, редактором и корректором).
В системе научного познания в паре эмпирического и теоретического высказываний каждое из них может выступать в виде частного высказывания, истинность которого необходимо подтвердить всеобщим высказыванием. В более традиционной схеме частным является теоретическое высказывание, принадлежащее некоторой новой научной теории, а эмпирическое высказывание, полученное в проверяющем эксперименте выступает как высказывание в системе всеобщего социального познания. Хотя как частное может рассматриваться и эмпирическое высказывание полученное в конкретном опыте, и для подтверждения истинности оно сравнивается с уже признанным теоретическим высказыванием в системе всеобщего научного знания.
Санкт-Петербург, 2003
__________________________
Ув. Болдачёв, вот вам на основании вашей цитаты-----…Я полагаю, что основанием достоверности эмпирических высказываний, является сфера Всеобщего социального познания [1], которая представляет собой ту часть механизма функционирования социальной системы
__________________________------ Объясните мне, на примере пьесы Островского БЕСПРИДАННИЦА, фильм ЖЕСТОКИЙ РОМАНС, какой смысл вкладывал Паратов (Михалков) в фразу : ---""""""Карандышев (Паратову). Я не понимаю.
Паратов. Так выучитесь прежде понимать, да потом и разговаривайте!
Огудалова. Сергей Сергеич, я на колени брошусь перед вами; ну, ради
меня, извините его!
Паратов (Карандышеву). Благодарите Хариту Игнатьевну. Я вас прощаю.
Только, мой родной, разбирайте людей! Я еду-еду, не свищу, а наеду — не спущу."""""
Вы не объясните мне , по каким характеристикам Паратов советует Карандышеву РАЗБИРАТЬ ЛЮДЕЙ?
…стал воспевать я царей и бои, но щипнул меня за ухо Кинфий, пастуху полагается Титир тучных овец пати и петь лишь негромкие песни… Вергилий Буколики
To titir
Извините меня, но позвольте не отвечать на вопросы, не имеющие отношения к тематике текста.
boldachev, 29 марта, 2008 — 23:34. ссылка
новое To titir
Извините меня, но позвольте не отвечать на вопросы, не имеющие отношения к тематике текста.
Не позволю, только тот человек может назваться философом и идентифицировать себя как философ, который имеет, пусть неправильную но всё же свою оригинальную трактовку основных понятий сущности , каковыми являются: время, пространство, материя, смысл, реальность и т.д. Вы же коснувшись термина СОЦИАЛЬНОСТЬ в вашей фразе: """" является сфера Всеобщего социального познания [1], которая представляет собой ту часть механизма функционирования социальной системы""""""
__________________________не особо и представляете себе, А ЧТО ЭТО ТАКОЕ ВООБЩЕ, разумеется я не задавался целью , оскарбить или задеть вас лично, это не ваша проблема, это проблема сущности классической, немецкой философии. Тысячи приверженцев этого течения оперируют термином СОЦИАЛЬНОСТЬ как шариком для пин-понга не потрудившись при этом дать внятную трактовку этого термина, тоже замечание относится к явлению Феменология. Васильев Григорий
…стал воспевать я царей и бои, но щипнул меня за ухо Кинфий, пастуху полагается Титир тучных овец пати и петь лишь негромкие песни… Вергилий Буколики
To Васильев Григорий
Хорошо — не позволяйте ;-)
Требуйте от каждого в каждом тексте излагать «оригинальную трактовку основных понятий сущности»!
Только при чем здесь Паратов? Я не психоаналитик и не могу помочь вам разобраться в ваших ассоциациях… :-(
Логические построения в классическом стиле хороши если текст подписан КАНТ, ГЕГЕЛЬ, а просто Болдачёв не впечатляет, если безупречно составленный текст не обещает некоего ПУТИ, ПЕРСПЕКТИВЫ ПОЗНАНИЯ, классику лучше и удобнее изучать читая КРИТИКУ ЧИСТОГО РАЗУМА. Васильев Григорий
__________________________…стал воспевать я царей и бои, но щипнул меня за ухо Кинфий, пастуху полагается Титир тучных овец пати и петь лишь негромкие песни… Вергилий Буколики
Мне понравились Ваши тексты и Ваши корректные ответы на некорректные
вопросы:)) посмеялся! А мой вопрос, возможно более интересен. Есть
вещи, непознаваемые в принципе. Например образование Вселенной. Ни астрономы, ни физики, ни философы не утверждают, что их теории правильны. Они могут только
выдвигать гипотезы, которые могли бы вписаться (не противоречить) некоторым фактам, по поводу которых в научном сообществе существует согласие, что они объективны:
напр. методы определения масс небесных тел, скорость света
и т.д. Это же положение мы наблюдаем в современных теориях
полей, энергоинформационного обмена, поля. Следовательно,
такого рода гипотезы, как суждения, не могут однозначно
быть ни истинными, не ложными, занимая некое промежуточное положение. В то же время, эти гипотезы, в отличие от
отвлеченных вещей, необходимы для развития на их основе теоретической и экспериментальной деятельности. Может быть я не прав? Если да, то поправьте.
Текст на этой странице — это фрагмент большой старой работы «Интегральная эпистемология», посему, если серьезно его разбирать, то только вкупе с исходным окружением.
Надеюсь Вы имеете в виду научно «непознаваемые вещи», то есть которым принципиально невозможно поставить в соответствие формальные (логические) структуры, или, по другому: феномены («вещи») принципиально не сводимые к причинно-следственным отношениям ни своих элементов (если таковые можно выделить), ни некой внешней «среды».
Таковых феноменов в Мире преогромное количество и среди них «образование Вселенной» лишь наиболее научно осознаваемый. Большинство находятся за пределами предметного поля науки.
Если это ваш вопрос (других вопросительных знаков в вашем посте не заметил), то на него могу дать ответ — правы!
А если серьезно, то тема, которую вы затронули распадается на множество практически независимых:
(1) эпистемологическая: возможность и необходимость неконечного числа формальных систем (теорий) для описания некоего объекта научного познания (см. последние части Интегральной эпистемологии).
(2) философско-эпистемологическая: место «гипотетических» (философских, неверифицируемых и нефальсифицируемых)теорий в развитии научного познания.
(3) философская: принципиальная познаваемость Начала и Финала (см. соответствующие главы из «Новаций» — «Современная научная парадигма и Начало Мира»
Да еще много.
Так что вы правы: проблемы есть ;-)
Во-первых, существуют высказывания, которые истинны независимо от предмета. Например, «трава зелёная или она не зелёная». Это высказывание истинно, и не просто истинно, а оно логически необходимо. Логическая необходимость — это такое понятие в модальной логике. Логически необходимое высказывание — это высказывание, отрицание которого представляет собой логическое противоречие.
Во-вторых, размышляя о предмете, человек фактически выстраивает мысленную модель этого предмета. Что такое модель, я надеюсь, объяснять не надо. Модель и оригинал сходны в каких-то одних отношениях и различны в других. Модель упрощает в каких-то аспектах оригинал, не воспроизводит всех тех свойств, которые присущи ему. Она имеет к тому же свои собственные свойства, отсутствующие у оригинала. Насколько хорошо модель соответствует моделируемуму предмету выясняет опытная проверка методом проб и ошибок ( мой любимый метод :) ).
2 Опаньки
Во-первых, речь идет не об истинности в рамках формально-логических систем, а об «Истинности научных высказываний» (см. заголовок) Хотя вы, конечно, вправе заявить, что и таковые относятся к науке. Да, но это другая проблема. Надеюсь вы не станете настаивать на том, чтобы каждый текст содержал всю полноту знаний и отвечал на все вопросы всех потенциальных читателей.
Во-вторых, читайте дальше пункт «Формальная истинность теоретического высказывания: Истинность теоретического (аналитического) высказывания в рамках некоторой логической системы констатирует лишь факт соблюдения всех правил логического вывода» и т.д.
А так — спасибо за замечание.
Это не следует из расчётов, это известно из определения 100°С. :)
Дело в том, что шкала Цельсия определяется как раз через температуры замерзания и кипения воды. Правда, этот факт никак не влияет на ваши рассуждения — просто неудачно подобранный пример.
2 Опаньки
:-)
Ну придумайте любой другой пример, когда что-то следует из расчётов — буду благодарен — да и сами порадуетесь…
Или переведите в фаренгейты… ;-)
Фаренгейт подойдёт. 100°С = 212°F. Уже можно будет сказать, что были проведены расчёты. ;-)
Опаньки ;-)
1. Лексическое:
Здесь Вы говорите о «правильности вывода», логической непротиворечивости теории. Истинность, ИМХО, притянута. Можно было бы говорить об истинности формальных систем (набор аксиом + все правильные формулы) но такие системы очень ограниченны…
2.
Здесь Вы чрезмерно упрощаете. Есть два случая — количественная теория и качественная теория.
Сначала — количественная. Тогда (а) есть теория, дающая при параметрах А,В,С значаение Д=90. Есть эксперимент: для данных параметров, выдержанных с ошибками (например 10%) измерено значение 100 +/- 8. И есть критерий «совпадения». Например, приведенный конкретный пример по формальным основаниям должен быть отвергнут (вердикт: теория ложна), но если лучшей теории нет, то она принимается (вердикт: теория истинна с точностью 15%).
Затем качественная теория — какой-то логический конструкт. Есть ситуационное описание условий эксперимента, например: в 1789-94 произошла французская революция, в результате которой бла-бла-бла… Есть теория: как только производственные отношения перестают соответствовать производительным силам — происходит их смена. И есть «проектирование» теории на условия эксперимента (утрирую): до революции был феодализм, после — капитализм, производительные силы развивались — появилось то-то, то-то и то-то, ВВП на душу достиг таких-то значений, грамотность возросла до таких-то параметров… Вывод — эксперимент подтверждает теорию (однако лишь качественно)…
Я бы все-таки выделил бы момент «праектирования»: с экспериментальным высказыванием сравнивается теоретическое высказывание, полученное при «проектировании» теории на условия эксперимента, причем в этом действии явно/неявно всегда учавствует еще один конструкт — критерий совпадения…
3.
Здесь замечу, что описанная Вами проблема снимается переходом к моим смысловым полям — мы ограничиваем рассматриваемые высказывание только лишь теми, которые возникают при работе с самим объектом и его ментальными моделями…
Не понял… Вы не встречались с понятием истинности логического (математического) высказывания (суждения, выражения) в логических (математических) системах? Безусловно, в результате правильного (соответствующего правилам) логического вывода получаются истинные элементы (высказывания, выражения, формулы) логических систем. Или вы хотите (по непонятным мне причинам) исключить понятие истинности из логики и математики? и оставить его только в эмпирических (эмпирически проверяемых) науках?
Или вы чрезмерно детализируете общие философские (эпистемологические) рассуждения. ;-)
И что вы получили в результате вашей детализации? Эмпирическая истинность теоретического высказывания-предсказания (выраженная в количественной ли, в качественной ли форме) с сопоставляется с эмпирическим высказыванием (с той или иной допустимой погрешностью). Уточнили, что есть погрешность? Ну, конечно же, есть (никто никогда не подразумевает «абсолютную тождественность»), но это уже не эпистемологические (философские) проблемы, а тонкости частных наук — конкретные условия конкретного сравнения теории с «практикой».
Это опять же частные случаи специальных наук, а не эпистемологическая проблема (или проблема следующего уровня детализации, относительно предложенного в данном тексте). А случаев бывает множество: теория «проектируется» под эксперимент, эксперимент «проектируется» под существующую теорию, сравниваются случайные (побочные) результаты эксперимента «проектируемого» для проверки совсем другой теории, в теории появляются неожиданные побочные следствия-предсказания, которые можно проверить экспериментально, сравниваются данные эксперимента и теории (эмпирические и теоретические высказывания), созданные учеными, и не подозревавшими о существовании такой теории и такого эксперимента, а может уже и умерших… Вариантов куча. Их, конечно, можно все рассматривать, разрабатывать, но повторяю, это относится к более частным вопросам — достаточно далёким от философии.
3.
Во-первых, проблема достоверности тождества теоретического и эмпирического высказываний в моем тексте не имеет никакого отношения к ограничению множества «высказываний» — это проблема принципиальной соотносимости, самой возможности сопоставления конкретных эмпирического и теоретического высказываний безусловно относящихся к конкретной теории конкретного объекта — а иначе и вообще не о чем говорить ;-) (перечитайте внимательно). Я вам как-то на эту известную эпистемологическую проблему — проблему сопоставления терминов теории и терминов эксперимента, принадлежащих разным языкам — указывал, но у вас ее принципиально не существует.
Во-вторых, это вполне естественно, что проблема существующая в одной теоретической системе отсутствует в другой. Но это не значит, что она «снимается», она просто отсутствует.
Действительно не поняли… А я ведь написал:
Повторюсь: Математические теории обычно являются формальными системами (набор аксиом + все правильные формулы), поэтому для них Ваше положение вполне подходит.
Однако «чисто» формальные системы — это очень узкий слой в науке. Большинство научных теорий не имеет аксиом. Есть набор исходных положений (истинность которых не очевидна), есть набор неявно используемых допущений (истинность которых неочевидна, более того, само использование данных положений в выводе явно не артикулируется), и есть вывод из всего этого следствий, которые проверяются экспериментально.
Поэтому я и обратил Ваше внимание на то, что содержательно мы обычно можем говорить лишь правильности вывода, оставляя проверку истинности например исходных положений для отдельного усилия…
Возможно. Но ИМХО чрезмерное упрощение здесь потом приводит к «непоняткам» в плане истинности теорий, например… (см. наш обмен на другой ветке)
Однако, хозяин — барин :-))))))))))
Теперь понял.
Во-первых, истинность (и формальная, и любая друга) исходных положений (оформлены они в виде аксиом или нет) всегда не обсуждается в рамках теоретической системы — таковые всегда принимаются «на веру».
Во-вторых, формальная истинность теоретического высказывания всегда есть следствие «правильности вывода», результат следования неким процедурам. Если таковых процедур (правил нет), то и вообще не идет речь о научной теории. Даже если теория не является математической, но делает какие-либо теоретические предсказания, то «формальная истинность теоретического высказывания» в этом случае равносильна требованиям следования элементарной логике. То есть, речь идет об истинности высказывания внутри самой теории, которая может быть проверена средствами самой теории — формальная НЕистинность теоретического высказывания означает обнаружение логической (или математической) ошибки при получении этого высказывания (безусловно в рамках принятых в теории исходных положений и отношений понятий).
Посему, понятие «формальной истинности теоретических высказываний» применимо во всех случаях, когда вообще речь идет о теории. Само понятие «теория» (независимо от степени формализации — от гуманитарных теорий до строго математических) подразумевает наличие понятия формальной истинности выводов — то есть утверждения об отсутствии логических ошибок. Если же предсказание высосано из пальца (или из другого места), то оно и не может называться «теоретическим».
ОК. Однако обратите внимание, что существует семантическая разница между предложениями
(тем, что использовано в исходном тексте) и
(тем, что объяснено Вами в предыдущем комменте). :-)
К сожалению, я этой разницы не чувствую — верней семантическую (грамматическую) да, а понятийную — нет. Если мы говорим хоть о какой-либо теории, а таковой можно считать лишь формальную знаковую систему (формальность которой может заключаться лишь в соблюдении формальной логики), то в данной теории формально истинными высказываниями будут считаться высказывания полученные (выведенные) согласно установленным в теории правилам вывода (в минимальном варианте просто согласно логике). Не говоря уж том, что такого понятия как «истинность вывода» (как и неистинность вывода) не существует — истинными (или неистинными) бывают лишь высказывания (суждения, формулы и т.д.), коими называются высказывания полученные согласно (или не согласно) установленным в теории правилам вывода.
Что-то тут вы намудрили на голом месте с этим различением ;-)
Согласен, что для второй фразы формулировка «формальная правильность вывода теории» выглядела бы лучше…
1. Я не смог Вам вовремя ответить по поводу нашей дискуссии об «истине» и «достоверности». Попробую сформулировать различие, которое я имел в виду на базе Ваших терминов.
__________________________2. Вы предикат «истинный» относите только к высказываниям, а именно об одном высказывании говорится, что оно истинно, если оно «тождественно» другому. Скажем, теоретические высказывания верифицируются на базе эмпирических высказываний. Здесь истинность есть не что иное, как оценка одного высказывания некоторым критерием (эмпирическими высказываниями).
3. С точки зрения формальной правильности совершенно верно, говорить о сравнении двух высказываний, поскольку соотносить можно только на общем основании — в данном случае, в языке. Но это формальное требование в отношении установления (оценки) «истинности» — сравнивать два высказывания — Вы неправомерно (с моей точки зрения) распространяете на практику, как если бы и в практике проверки истинности всегда в разговор об истинности сводился к сравнению двух высказываний. 1) Ведь всякое высказывание осмысленно только в рамках некоторого целого, скажем, теории и при оценки истинности высказывания всегда речь фактически речь идет об оценке всей теории. 2) Собственно, то, что должно выступить в качестве критерия оценки (скажем опыт) не дан независимо от теории, он втянут в нее, как говорят, «теоретически нагружен». Наше сравнение теоретических и эмпирических высказываний как примера оценки истинности теоретического высказывания — было бы корректно, если то и другое было дано независимо — каждый в своем контексте. Но такая «независимость» невозможна (или скажем возможна для самых простых житейских примеров). Оценка истинности теории, конечно, осуществляется через проверку конкретных высказываний — эти конкретные высказывания теории специально подведены под проверку, путем интерпретации опытных данных. До того, как произойдет проверка теоретических высказываний эмпирическими, происходит интерпретация опыта на основе теории! Получается проверка истинности высказывания (теории) — это не просто сравнение двух высказываний, но целый комплекс операций, не всегда однозначный (в зависимости от того, удается ли или нет теоретические объекты однозначноспроектировать на реальные данности опыта).
4. И, наконец, в вопросе об «истине» и «достоверности». «Истиной» я называл некоторые высказывания, которые всегда верны. Говоря о «верности» речь идет не о сравнении этих высказываний с другими, а о том, что во всякой теории есть высказывания общего характера, на основе которых строится вся ее логика. Например, «всякое явление имеет причину», «причина всегда предшествует во времени своему следствию» и др. Правда, я не ограничивал понятие «истины» только высказываниями, но относил сюда также целостные конструкты из понятий (априорных понятийных сеток), которые лежат в основе многих теорий — например, булева алгебра, теория групп, основные положения теории множеств, логика высказываний и др.
5. Теперь о «достоверности». Начнем с того, что традиционно термин «достоверность» имеет смысл «несомненность», «достоверный» значит «заслуживающий доверия», что отличает его от термина «истинность», который понимается как «правильный» (т.е. соответствующий критерию правильности). Вы «достоверность» свели к всеобщности опыта разных людей. Этот смысл существует в слове «достоверность» — информация считается достоверной (т.е. заслуживающей доверия), если ее подтверждают много источников.
Я же употреблял термин «достоверность» для фиксации другого — а именно характера данности как таковой. Данность может быть иллюзией или сном (т.е. чем-то неистинным), но от этого она не перестает быть чем-то несомненным для меня — тем, что я переживаю здесь и сейчас. Именно потому, что данность есть некое живое переживание, в нем как некотором содержании нельзя сомневаться. Например, высказывание «сейчас, находящееся передо мной животное есть кот» может быть неистинным, поскольку передо мной может быть, скажем, куница или хорек. Но несомненно (т.е. достоверно), что сейчас некое животное находится передо мной.
Dixi, Actuspurus
«утверждение об истинности обычно делается об одном из сравниваемых высказываний, имеющем единичное значение, при его сопоставлении со вторым высказыванием, носящим всеобщий (обобщающий) характер.»
Которое со временем подвергается пересмотру в процессе познания и смены представлений. Демонстрируя полную философскую девальвацию термина «истина», в угоду любителей педалирования значимости просто правдивого и только сегодня.
2 Геннадий
Очень свежая тонкая мысль. Как-то я не подумал об этом при написании текста. ;-) Спасибо
Только вот термин «истина» на этой странице не обсуждался — исключительно только истинность (о различении терминов истинность и истина, думаю, найдете где почитать).
2
Да. Исключительно к высказываниям и именно как факт совпадения.
И речь идет не об оценке, а о конкретном совпадении. То есть, утверждается, что в любой ситуации процедуру верификации или установления истинности высказывания сводится к сопоставлению высказываний.
3.
Потом много умных и правильных тезисов, заканчивающихся
То есть совершенно непонятен ваш пафос. Безусловно, что перед нами сложная проблема соотношения и взаимоопределения языков теории и эксперимента – языков на которых строятся теоретическое и эмпирическое высказывания. Именно как вы пишите (кто бы с этим спорил) перед нами
… (и я продолжаю) но всегда завершающийся, сводящийся к соотношению двух конкретных высказываний теоретического и эмпирического (ведь и «спроектировать на реальные данности опыта» следует понимать именно как привести в соответствие язык теории и язык эксперимента). И все это в полном соответствии с вашей же мыслью
С чем вы спорили, что опровергали?.. Хотели показать, что не все так просто? Ну это общее место, так можно сказать о любом теоретическом построении.
Я бы понял вашу фразу «вы неправомерно (с моей точки зрения) распространяете на практику…» если бы далее последовало убедительное доказательство того, что в случае практики истинность теоретического высказывания подтверждается его сравнением с чем-то отличным от другого высказывания (только вот я не могу себе представить с чем его еще можно сравнивать ;-).
То есть, как мне кажется, полностью восприняв идею истинности как совпадения двух высказываний, вы просто стали ее развивать – анализировать сложности реализации этой процедуры в «полевых» условиях. Но это уже другая – не эпистемологическая проблема, или, скажем, проблема другого уровня общности относительно уровня заданного в тексте (а что любую проблему можно детализировать – это также общее место).
4.
Тут полная, на мой взгляд, каша. Если речь идет исключительно о «высказываниях общего характера, на основе которых строится вся ее логика» — то это аксиомы, и назвать их «истинами» язык не поворачивается. То есть все о чем вы говорить – это априорные высказывания, истинность которых просто постулируется, принимается. И утверждать их в качестве «истин» ни логически, ни философски, ни просто по здравому смыслу некорректно.
Делая шаг в эту сторону («истиной» я называл некоторые высказывания…) вы неизбежно тут же столкнетесь с проблемой отделения этих самых «истин» от «не истин». Кто-то в основание своих логических рассуждений кладет безусловную «истину» наличия торсинных полей, кто-то Бога и т.д. Для меня (и не только), например, высказывание «причина всегда предшествует во времени своему следствию» не то что не является «истиной», а неистинно (см. теорию функциональных систем). Это не исключает принятие этого высказывание в качестве априорно истинного в некой теории. Но никак не в качестве «истины». И отсылка к конкретной теории («всякой теории есть высказывания общего характера, на основе которых») именно и указывает лишь на возможность принятия или не принятия высказывания как логически истинного, что не имеет ни малейшего отношение к философскому понятию Истина.
Тут вы должны были написать: Истина это либо высказывание, либо система высказываний – теория (именно оные вы привели в качестве примеров).
И перед нами та же проблема – исходя из каких соображений вы некое количество высказываний и теорий относите к истинам, а остальные – не относите? Критерий прослеживается только один – ваше мнение (ведь даже по такому элементарному вопросу как соотношение причины и следствия мы разошлись). Присовокупление же к истинам неверефицируемых и нефальсифицируемых математических теорий некорректно – их истинность как и любых теорий основана на допущении истинности произвольных исходных высказываний и строгом соблюдении произвольно установленных правил построения теории (вот уж действительно Истина). Тут тогда надо просто сказать, что математика вся и есть та абсолютная Истина, лежащая в основе всего познания. В полном соответствии с житейской мудрость: что такое Истина – дважды-два-четыре.
5.
И именно исходя из этих (приведенных вами) соображений, я предложил не применять термин «истинный» к теории, а лишь говорить о большей или меньшей степени ее достоверности, в зависимости от количества имеющихся истинных теоретических предсказаний (учитывая тот момент, что никакое количество оных не гарантирует безусловную и полную «правильность» теории). См. цитату из текста «От истинности к достоверности», где и обсуждалась проблема «достоверности».
Этот ваш вывод сделан на основании обсуждения совершенно других проблем в другом тексте – на этой странице упоминалась проблема «достоверности тождества теоретического и эмпирического высказываний», верней вопрос об основаниях этой достоверности. То есть о степени доверия заключению об истинности теоретического высказывания при его сравнении с эмпирическим, учитывая, что они относятся к разным логическим система (мы же долго обсуждали, что сравнивать можно только высказывания в одной системе, да и вы отмечали существование трудностей «однозначного проектирования [теоретических высказываний] на реальные данности опыта»). И использовалось понятие «достоверность» здесь исключительно в смысле «заслушивания доверия».
И согласитесь, что итоговый тезис «реальность социальной системы как целого служит основанием для утверждения некоторой степени достоверности истинности двух частных высказываний — теоретического и эмпирического — при их формальном тождестве» никак нельзя интерпретировать, как сведение «достоверности» (как понятия) «к всеобщности опыта разных людей». Это как минимум — не понимание обсуждаемой в тексте проблемы, если не простое передергивание.
Так это было понятно. И никто не может запретить никому так или иначе использовать любые термины. Проблема была лишь в том, что я тогда отмечал, что на мой взгляд, термин «достоверность», использованный в указанном смысле, полностью совпадает с понятием «непосредственное чувственное восприятие». Я исхожу из того, что введение любого термина должно обозначать некий новый феномен, чем однозначно ограничивая его от других. В нашем случае, введение термина «достоверность» должно подразумевать и наличие некой «недостоверности» — которая должна противопоставляться несомненной данности. Что это такое не могу представить. Все что мне дано – достоверно, а что не дано – то я не могу назвать недостоверностью, поскольку оно и не дано мне. (В отличие от достоверности непосредственное чувственное восприятие, противопоставляется опосредованному, ментально обусловленному восприятию.)
Но вообще-то, это пустые терминологические препинания – другое дело если бы пришлось обсуждать результативность введения нового термина в систему.
boldachov
«о различении терминов истинность и истина, думаю, найдете где почитать»
Уважаемый автор! Извините, я не читаю все Ваши тексты , и даже Ваши ответы на чужие реплики — но это моя проблема — время читать нет особо объемное. Да и тема то мне эта не то что знакома, а просто уже изжеванно понятна (для себя).
Что же касаемо Вашего скепсиса на мою ремарку, то отвечу — я понимаю Вас. Только поймите и Вы, что если уж мы здесь занялись таким сомнительным по полезности деянием, как попытками найти общий знаменатель в цепи уравнений, где изначально каждым из нас были приняты свои и разные обозначения, и часто даже правила реш